David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby icon

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby


НазваниеDavid Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby
страница13/13
Г.И. Брехмана
Дата публикации11.04.2013
Размер2.64 Mb.
ТипРеферат
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

^ ВЛАСТЬ СВЯЗИ "РОДИТЕЛИ - РЕБЕНОК"

Когда в 1940-х годах родоразрешение переместилось из дома в больницы и мужчины принялись помогать женщинам при родах, Мать Природа не была туда приглашена. В 1950-е годы преждевременно рожденных младенцев морили голодом в течение сорока восьми часов из-за опасения, что они мо­гут быть задушены "избытком жидкости". Мужчины предпочли молоко ко­ровы молоку матери, советуя женщинам кормить своих младенцев из буты­лочек каждые четыре часа. Мужчины советовали матерям не реагировать на плач младенцев, оставленных без присмотра, и даже выступали против использования кроваток-качалок! В больницах мужчины продвинули обре­зание, как будто мучительная боль и похищение сексуальных частей явля­лись вопросами, не имеющими значения для младенцев или их родителей. И мужчины же настаивали на отделении младенцев от их матерей даже дома и поселение их в детских комнатах. В те дни отцы не имели никаких прав, им было запрещено сопровождать своих жен во время схваток и родоразрешения; а матерям преждевременно родившихся младенцев запре­щали посещать их в детской комнате.

Сегодня, спустя шестьдесят лет, кроватки-качалки снова в моде, младенцы чаще питаются по требованию, чем по графику, молоко матери оценено более высоко (хотя все еще практикуется их разделение с младенцами, правда, в течение короткого периода времени). Отцы получили доступ в родильные палаты, и оба родителя могут посещать своего младенца в дет­ской палате. Этим реформам мы обязаны упорству Маршалла Клауса и Джона Кеннелла — врачам-педиатрам, которые первыми подняли знамя "бондинга" (связывания) и несли его в течение тридцати лет. Как ни странно, в течение десятилетия с момента публикации этой книги бондинг-теория и исследования, имевшие к ней отношение, были перепрове­рены. Критики нападали на недостатки в методологии исследования, утверждали, что положения бондинга были необоснованными, и объявили теорию научной фикцией.

К счастью, эти академические споры оказались недостаточными для того, чтобы уничтожить главные реформы, которые вызвал бондинг, но, подобно большинству противодвижений, они сопровождались разъяснением неко­торых наиболее спорных интерпретаций бондинга. Бондинг — это собира­тельное понятие, не ограниченное одним определенным временем, когда все преимущества получены или утрачены. Он должен рассматриваться в рамках континуума как возможность продвижения вперед от предзачатия. Это согласуется с сообщениями матерей о том, что "момент", когда они влюблялись в своего ребенка, или "теснейшей захваченное™" им наступал в самое разное время. Маршалл Клаус пробовал объяснять, что бондинг не эпоксидная смола или контактный цемент и что они никогда не предлагали матерям быть с младенцами непосредственно после рождения, если те не могли, так же, как не говорили им, что они никогда не будут способны восполнить эту потерю.

Первоначальные наблюдения, которые привели к созданию теории бондинга, показали, что в воздухе между матерями и младенцами витало ка­кое-то волшебство. Возможно, они чрезмерно стремились доказать, что первые несколько минут после рождения являются решающими для уста­новления связи между матерями и младенцами на последующие годы. Та­кие вещи трудно доказать. Как долго продолжается "чувствительный" пе­риод для бондинга? На встрече Американской медицинской ассоциации в 1970-х годах авторитеты согласились в том, что десять минут — вполне корректное время, чтобы отложить бондинг после родоразрешения! Это была теория эпоксидной смолы в ее самом плохом изложении, хотя она была все-таки лучше, чем медицинские правила, предписывавшие забирать младенцев у их матерей и отцов, как только они покидали матку. Между тем до того, как родоразрешение в 1940-х годах переместилось в больни­цы, все родители имели неограниченное время для секретной и интимной близости со своими новорожденными детьми.

Часть реального волшебства связи при рождении состоит в том, что мла­денцы и родители в это время широко открыты друг к другу. Родители час­то упоминают захватывающую интенсивность контакта "глаза в глаза", возможно, обеспеченную тем, что младенцы сразу после рождения нахо­дятся в особом состоянии спокойного и сосредоточенного внимания. Это состояние продолжается приблизительно сорок минут и допускает глубо­кую и интимную близость, поскольку все стороны проявляют абсолютное внимание друг другу. Как если бы и младенцы, и родители удовлетворяли свое огромное любопытство к другу друга, которое они вынашивали и ле­леяли в течение многих месяцев. Это временное состояние слишком быст­ро уступит место длительному сну, непродолжительному плачу, другим за­ботам и отвлеченным бодрствующим состояниям. В типичном двадцатиче­тырехчасовом промежутке времени младенец будет пребывать в состоянии спокойной настороженности лишь около десяти процентов времени.

В этот критический период сразу же после рождения действуют и другие мощные силы. Если младенцы не находятся под действием наркотиков, а уложены и оставлены безмятежно лежащими на теплом животе матери в течение примерно часа после рождения, они ведут себя спокойно, перио­дически посматривают на мать, начинают проявлять признаки голода. Они будут подниматься вверх, найдут грудь и начнут кормиться грудью без чьей-либо помощи. Другое обеспечение Природы Матери — обмен друже­ственной носовой флорой, естественный прием с пищей витамина К в мо­лозиве, уникальные элементы молока матери, которые покрывают стенки

кишечника младенца обилием полезных антител, которые мать накопила в течение своей жизни, — царское наследие! Существует еще и психологи­ческое утешение — благополучно оказаться в объятиях матери, о чем на­поминают сердцебиение и звуки тела, которые были музыкой жизни внут­ри матки. Звуки плача младенца стимулирует воспроизводство грудного молока, а кормление ребенка грудью вызывает гормональную реакцию ма­тери, которая способствует изгнанию плаценты и обеспечивает защиту от кровотечения. Это интимное и взаимовыгодное начало жизни в идеале мо­жет быть создано секретностью, близким соприкосновением и отсрочкой обычных медицинских вторжений. Конечно, бывает и хуже: всегда есть много путей к многочисленным неприятностям, но мы не должны совер­шать худшее для матерей, отцов и младенцев, особенно когда у нас есть выбор и возможность сделать лучшее.

Более пятидесяти лет тому назад медицинский антрополог Эшли Монтегю (Ashley Montagu) выступал против разделения матерей и младенцев при рождении, защищал право на тесное соприкосновение, поощрял сон с деть­ми, а не размещение их в кроватках. Его слова оказались пророческими, адресованными фундаментальным человеческим потребностям, но тогда они остались почти незамеченными. Вскоре после первого издания этой книги психиатр Джон Боулби (John Bowlby) и педиатр и детский психоана­литик Дональд Винникотт (Donald Winnicott) в Англии высказались с тре­вогой, что психическое здоровье базируется на привязанности между детьми и родителями. Другие исследователи стремились измерить эти при­вязанности. Маршалл Клаус и Джон Кеннелл, вдохновленные этой работой, посвятили свою работу поискам подходящих измерений этой привязаннос­ти. Они наблюдали родителей, которым было предоставлено время для ин­тимного контакта с ребенком после рождения, и сравнили их с матерями и младенцами, лишенными такого контакта. Они первыми исследовали тер­риторию, не отмеченную на карте, и их открытие необыкновенной власти связей между родителями и ребенком оказались яркими и чрезвычайно важными. Дальнейшие доказательства пришли из совершенно неожидан­ных источников.

Совместный эксперимент был проведен в Греции и Соединенных Штатах в группах из 107 детей, зачатие которых было запланировано и не заплани­ровано. Исследователи выдвигали гипотезу, что в возрасте трех месяцев младенцы, которые были запланированы, покажут более выраженную и дифференцированную вокальную реакцию на своих матерей (в отличие от незнакомцев), чем младенцы, которые не были запланированы. Их пред­сказание сбылось: запланированные младенцы продемонстрировали более высокий уровень познавательных способностей и более сильную привя­занность к своим матерям, чем незапланированные младенцы, что показали вокальные реакции на матерей (чем на незнакомых мужчин) (1993). Возможно, запланированные младенцы уже раньше и сильнее наслажда­лись привязанностью к своим матерям. В другом исследовании тонких, но мощных естественных привязанностей большая когорта, состоящая из 8000 женщин, была разделена на тех, у кого беременность была желатель­ной и нежелательной. Основную группу составляли женщины, которые рано получили пренатальное выхаживание по всесторонней программе здравоохранения. Все были замужем и имели низкий риск неблагоприят­ного исхода беременности. Статистический анализ показал, что у младен­цев, родившихся в результате нежелательных беременностей, риск смерти в первые двадцать восемь дней жизни был два с половиной раза выше по сравнению с младенцами, родившимися в результате желательных бере­менностей. Очевидно, отношение матери к беременности достигало мла­денцев и трансформировалось в уравнение "жизнь или смерть" (1994).

В небольшом эксперименте, используя гипнотическую технику идеомоторных сигналов (описана в главе 6), 25 из 26 женщин правильно идентифи­цировали пол своего младенца перед исследованием ультразвуком или пе­ред рождением. В одном случае, который сочли неправильным на основа­нии данных УЗИ, сигнал пальца был правильным, в то время как указания ультразвука были ложными. Это замечательное исследование вновь демон­стрирует мощную связь между матерью и младенцем в матке, что делает возможным узнавание пола еще до использования каких-либо способов его физического определения. Точно так же была подтверждена психологиче­ская связь между матерью и младенцем в матке в ряде недавних экспери­ментов с курением и курительным обманом. Младенцы четко увеличивали свою реакцию вздрагивания на курительный обман, то есть в том случае, когда никакая сигарета не зажигалась (1995). Поскольку не было никакого дыма, который мог бы воздействовать на младенца химически, связь между матерью и ребенком вполне могла быть психологической.

Десять лет дополнительных свидетельств, полученных после публикации первого издания этой книги, показывают, что младенцы лучше подготовле­ны к встрече с нами, чем мы предполагали. Поскольку доказательства на­личия человеческой памяти были отодвинуты назад — от трехлетнего воз­раста к рождению и от рождения до жизни в матке, мы получили повод бо­лее серьезно думать о памяти рождения, которую несут наши дети. Пола­гая, что никакое мышление не могло быть связано с рождением, мы не рас­сматривали последствия ненужной боли и страданий на наши персональ­ные жизни или на социальный порядок. Теперь мы можем лучше понять корни насилия в современном обществе и приступить к систематической замене болезненных ощущений приятными чувствами до, во время и после рождения.

Расширение представлений о памяти и обучении в натальный и пренатальный периоды нашего развития приводят нас к пониманию невероятных возможностей пренатальной связи, стимуляции, моделирования и бондинга. Исследование о роли пренатальной стимуляции ребенка уже подтверж­дает важные вознаграждения, которые стали возможными, когда умы мла­денцев и умы родителей встречаются до рождения или даже перед зачати­ем. Я напишу об этих экспериментах и о мышлении до рождения в своей следующей книге.

^ Приложение 1 ЗАМЕТКИ ОБ АБОРТАХ

Аборт — это болезненная процедура почти для каждой женщины. Я знаю нескольких медсестер и докторов, которые отказались от участия в прове­дении абортов, а также тех, которые продолжают их делать не потому, что это им нравится, а из-за того, что они искренне верят в необходимость иметь выбор.

Для многих из тех, кто обожает неродившихся малышей, сопротивление абортам принимает характер необузданного беспокойства. Я разделяю их тревогу, но я также симпатизирую семьям, особенно женщинам, которые всегда несли несоразмерную ношу при нарушениях в сексуальной жизни. Мне кажется, они имеют право принимать решения относительно всего того, что случается внутри их собственного тела.

Некоторые из моих коллег свели статьи об абортах к обычным принципам: либо полностью за аборты, либо всецело против них. У меня это не полу­чилось. Статьи об абортах неизбежно вызывают сложности, так как они включают: (1) интеграцию науки и теологии, (2) этику и политику, (3) мо­ральный выбор, связанный с благополучием не одной, а двух или более сторон, (4) мучительные психологические решения, (5) медицинскую прак­тику, (б) гражданские права, охраняющие частные основы совести и (7) проблемы населения с глобальными последствиями. Учитывая все сказан­ное выше, я полагаю, что такие статьи — статьи духовного происхожде­ния — отражают личное отношение их авторов, не обязательно разделяе­мое другими людьми.

Мои собственные исследования с воспоминаниями рождения показали мне, что человеческое сознание выходит за рамки физического и имеет дли­тельный и зрелый характер в любом возрасте. Я нахожу разумную жизнь до рождения действительно реальной, хотя и определенно духовного свой­ства. Наиболее точным определением для жизни не физической, а созна­тельной, известным мне, является "душа". С душой мы имеем дело с момен­та зачатия. Душа имеется, когда тело для нее еще только строится и еще не готово к работе.


Душа без тела смущает юристов и законодателей. Это одна из причин, ко­торая затрудняет разрешение проблемы аборта. В нашей системе юрис­пруденции, для того чтобы к вам обращались как к личности, необходимо в тело вселить душу. В свете этого я полагаю, что Высший суд США счел ра­зумным ссылаться на физическую жизнеспособность как необходимое предварительное условие при рассмотрении прав неродившихся.

В самом деле, кто может управлять душой? Это задача не по силам ни церк­ви, ни государству, ни науке. Лично я чувствую себя легче, зная, что Со­здатель обеспечил душу необходимой провизией; в отличие от многих, я не верю, что люди могут убить душу. Идея, что люди могут "умертвить" душу, кажется теологически слишком самоуверенной. К нашему благу, жизнь и смерть души находятся вне нашей компетенции.

Когда родители размышляют об аборте, думаю, что неродившиеся младен­цы знают об их мыслях и желали бы с их помощью рассмотреть обстоя­тельства в честной и откровенной беседе. Способ управления этим слож­ным диалогом был разработан перинатальными психологами (подробнее см. в разделе "Источники и материалы для чтения"). Следуя такой откро­венной беседе, мамы рассказывают, что они могут почувствовать любовь, исходящую от неродившихся малышей, облегчение и поддержку в их ре­шении.

Некоторые чувствуют, что они должны защитить неродившихся младенцев, так как те не могут защитить себя. Такое предположение о душевном мире, возможно, не полностью оправдано. В моем понимании душа далеко не беспомощна. Если условия неблагоприятные, душа может покинуть неза­вершенные физические структуры. Так, самопроизвольные выкидыши час­то происходят вследствие естественных причин, но могут быть и результа­том выбора неродившегося малыша. Если бы вы были душой, стали бы вы ждать аборта, который уже предрешен и неизбежен?

Когда женщины сами принимают решение сделать аборт, им необходима квалифицированная медицинская помощь. Плохо проведенные аборты представляют угрозу для жизни и здоровья. Криминальные (внебольнич-ные) аборты, на которые в течение многих веков идут отчаявшиеся жен­щины, до сих пор убивают людей. Статистики установили, что в Латинской Америке и Африке половина случаев женской смертности связана с бере­менностью, закончившейся противозаконным абортом. В странах третьего мира это около четверти миллиона смертельных случаев. Не так давно по­добное происходило и в Соединенных Штатах. Лишение женщин медицин­ской помощи — не способ помочь малышам.

Аборты в клинических условиях тоже приносят мало радости. Это несчаст­ливое место для персонала, для пациентов или для души неродившегося ребенка. Работа, проводимая здесь, это формальная процедура, связанная с исправлением ошибок вследствие безграмотности, поспешных суждений, оскорблений и болезней. Закрытие клиник, в которых делаются аборты, не решит эти проблемы.

Пытаясь взять как можно больше малышей под защиту суда, некоторые ак­тивисты стараются снизить общепризнанный уровень жизнеспособно­сти — возраст, в котором недоношенные дети могут быть спасены с помо­щью героического медицинского вмешательства. Такой подход навязывает медицине роль, которую она уже невольно играет, — поддержка жизни людей с помощью машин. При наличии соответствующего оборудования мы подсоединяем недоношенных малышей к устройствам миниатюрных размеров, вызывающих болезненные ощущения, но поддерживающих жизнь в сюрреалистичных детских комнатах.

Бедные младенцы размером с ботинок, чьи тела сформированы еще только наполовину, оказываются втиснутыми в созданную человеком матку и "чу­десным образом" спасенными. Цена этому — уход, стоящий тысячи долла­ров в день, многочисленные операции и для значительного числа спасен­ных — жизнь с суровыми препятствиями. Когда Высший Суд установил уровень жизнеспособности на двадцать восьмой неделе беременности, это стало границей риска. В настоящее время некоторых малышей можно спа­сти в возрасте двадцати четырех недель, но условия для достижения этого связаны с опасностью. Снижение границ жизнеспособности означало бы невыразимое страдание, так как все большее и большее количество плохо сформированных младенцев подвергались бы выхаживанию в искусствен­ных условиях.

Иногда малыши выживают после неэффективных попыток абортов, пред­принятых их матерями. Такое угрожающее жизни событие сказывается на сознании малыша и, хотя является глубоко подавленным, может случайно всплыть на поверхность. Пока этого не случится, решение проблем может оказаться обманчивым и трудным, поскольку истинная причина не выявле­на. Для неродившегося ребенка попытка аборта является угрозой и может выразиться в форме недоверия, гнева, вины или депрессии, которые будут оказывать влияние на поведение в течение многих лет. Однако мать, кото­рая признает вред, причиняемый попыткой аборта, может помочь психоло­гическому лечению путем откровенного диалога со своим ребенком, если у нее хватит для этого храбрости.

Психотерапевты постоянно слышат жалобы пациентов, которые выжили после попыток своих матерей сделать аборт, что они сохранили жизнь для неизмеримо худшей участи — быть нежеланными и нелюбимыми.

Усыновление является важной альтернативой абортам, но и оно не обхо­дится без травм. Чтобы уменьшить травму, настоящая (биологическая) мать может обеспечить неродившегося ребенка кажущейся любовью и кор­млением, пока родители, собирающиеся его усыновить, не возьмут заботу на себя. Это бесценный подарок для ребенка и его новых родителей.

В будущем медицинская технология, возможно, будет более успешно раз­рабатывать средства контроля за рождаемостью, безопасные как для муж­чин, так и для женщин; в таком случае число абортов значительно умень­шится. Но технология не может предотвратить все человеческие ошибки. Люди вступают в половые отношения, а затем удивляются беременности. Решение проблемы абортов связано с образованием, а не только с медици­ной. Это предполагает сознательное понимание родительства, которое раз­деляет занятие любовью и зачатие детей, которое утверждает жизнь, гото­вит к жизни и приветствует жизнь.

Если бы все было совершенным, то не было бы нежелательных беременно­стей и не возникало необходимости в абортах или усыновлении. Но пока существуют несовершенства, дети будут подвергаться их влиянию, о чем свидетельствуют доказательства, приводимые малышами при воспомина­ниях рождения. Являясь их поводырями, мы должны научиться относиться ко всем младенцам как к партнерам, обладающим сознанием и разумом.

Приложение 2

^ ЗАМЕТКИ О ЧУВСТВЕ ВИНЫ

У РОДИТЕЛЕЙ

Когда родители слышат о том, что малыши вспоминают свое рождение, пе­ред ними возникает новая обескураживающая вероятность: что у их малы­ша с самого начала были чувства и познавательные способности и на них могло негативно отразиться то, что было сказано и сделано при родах.

Вы не можете помочь в выяснении того, о чем думал малыш? Не причини­ла ли я непреднамеренное зло? Вы, возможно, видите связь между тем, что произошло во время беременности, и тем, как ведет себя ребенок. Вероят­но, что-то случилось при родах, что объясняет, почему малыш более или менее привязан к вам. Подобные мысли могут вызвать чувство вины.

Ниже приведено несколько советов, которые помогут вам справиться с та­ким чувством вины.

^ Подумайте и поговорите о родах. Будет разумно, если вы поразмышляе­те о вашей жизни во время беременности, о тех эмоциях, которые у вас были при рождении ребенка, о тех особых словах, которые вы говорили вашему малышу. Прошлое нельзя вернуть, но можно изменить через пони­мание и участие. Разговоры о каких-то ошибках или травмах могут помочь и вам, и вашему малышу.

Мне кажется, что даже дети, еще не умеющие говорить, удивительным об­разом понимают нас, когда мы серьезно и искренне говорим правду. Дети удивляются и догадываются так же, как и взрослые, поэтому беседа их ро­дителей о реальности приносит облегчение.

Возможно, вы стесняетесь обнажать личные стороны, связанные с беремен­ностью и родами, но такие личные откровения — живая история для ваше­го малыша. Подобную информацию вряд ли можно получить из других ис­точников. Вы можете подумать, что вам придется говорить о неприятных вещах, но честное признание о вашей внутренней жизни является тем чу­дом, которое способно превратить негативные чувства в позитивные.


^ Перестаньте испытывать чувство вины. Вероятно, у вас выработалась привычка чувствовать себя виноватой. Чрезмерное чувство вины может стать в вашей семье традицией, передаваемой от бабушек и дедушек роди­телям ребенка. Спросите себя, является ли чувство вины способом выраже­ния любви. Если да, то включите тормоза; сосредоточьтесь вместо этого на настоящих способах выражения любви.

^ Установка влияния. Основной источник вины — это вера в то, что быть родителем — значит контролировать все и вся в жизни вашего малыша, что на самом деле неверно. Когда дети делают что-то не так, то смущен­ные родители берут вину на себя и размышляют над тем, что они сделали неправильно. Вероятный ответ на этот вопрос — "ничего". Вы — лишь одна из многих сил, действующих в жизни вашего ребенка. Если вы поду­маете о своем вкладе в виде влияния, но не контроля, то общее количество вины сократится до нужных размеров.

^ Дети реагируют по-разному. Вас должно подбодрить напоминание о том, что у детей есть свои чувства и мысли. Посмотрите на семьи с двумя деть­ми, которые воспитывались одинаково хорошими или (плохими) родителя­ми. Один становится народным героем, другой — народным бременем. Не вина родителей, а выбор ребенка создал разницу.

Дети могут обмануть вас, не заботясь о тех вещах, которые вам кажутся особенно важными. Не все дети одинаково реагируют на травму. Думаю, это потому, что одни дети являются более развитыми, чем другие. В моей практике одна мама чувствовала себя виноватой за спонтанное замечание, сделанное в родильной палате. Она сказала (наполовину жестами, наполо­вину словами): "Что за уродливый монстр!" Но в родовых воспоминаниях ее дочери этот комментарий не нашел отражения. Наверное, он не "увяз" в ее сознании или она была достаточно зрелой, чтобы не принять его во внимание. По словам обеих — и матери, и дочери, — их отношения были хорошими.

^ Учитесь у детей. Родители несовершенны, но попытка стать хорошими означает признание ошибок. Замечание одной мамы доктору: "Почему бы Вам просто не обмотать пуповину вокруг ее шеи и не задушить ее?" — со­здала раскол между мамой и ребенком, существовавший многие годы. Им двоим нужно было поговорить, нейтрализовать яд и найти точки соприкос­новения. В таких случаях чувство вины может лучше всего помочь сфоку­сироваться на примирении, на изучении, чем на сожалении.

Мы не торопились с признанием учительской роли малышей. Они завладе­вают вами — не готовыми, не знающими, что делать, — и превращают вас в родителя. Вы допускаете ошибки — да, это так, но они постоянно дают вам знать, что им нужно. Малыши знают, когда они, например, голодны, и

учат вас этому лучше, чем вы можете научить их. Ваша готовность учить­ся, возможно, ваш лучший вклад. Ваши знания все больше и больше расши­ряются по мере роста вашего ребенка.

Можете ли вы поверить, что простой малыш проявляет мудрость и отвагу? Понаблюдайте за незначительными жестами создания удобства и любви, направленными к вам. Ваш малыш следит за вами, отмечает ваши радости и затруднения, пытается отвлечь или развлечь вас и даже может стать флибустьером (пиратом), если кто-то третий причиняет вам неприятности.

Возможно, кроме всего прочего, ваш малыш знает и о вашей вине и пыта­ется помочь вам с ней справиться. Пойдете ли вы навстречу этой воз­можности?




Дэвид Чемберлен

^ РАЗУМ ВАШЕГО НОВОРОЖДЕННОГО РЕБЕНКА

Перевод с английского Г. Брехмана, И. Одинец, А. Потаповой, Т. Хазовой

Научный редактор Г.И. Брехман

Редактор И.В. Тепикина

Компьютерная верстка СМ. Пчелинцев

Главный редактор и издатель серии Л.М. Кроль

Научный консультант серии Е.Л. Михайлова

Изд.лиц. №061747

Гигиенический сертификат

№ 77.99.6.953.П.169.1.99. от 19.01.1999 г.

Подписано в печать 5.03.2005 г.

Формат 60X88/16. Гарнитура Оффисина. Печать офсетная.

Усл. печ. л. 14. Уч.-изд. л. 11.1ираж 2,5 тыс. экз.

Заказ № 353

М.: Независимая фирма "Класс", 2005. — 224 с. 103062, Москва, ул. Покровка, д. 31, под. б. E-mail: igispl@igispl,m rnternet: http://www.igisp.ru

TSBN 5-86375-054-5 (РФ)

Отпечатано в ППП "Типография НАУКА". 121099, Москва, Шубинский пер., 6.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13



Похожие:

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconDavid Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby
Г. И. Брехман. Новый взгляд на неродившегося и новорожденного ребенка. Предисловие научного редактора
David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconDavid Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby
Г. И. Брехман. Новый взгляд на неродившегося и новорожденного ребенка. Предисловие научного редактора
David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconОт тебя сносит крышу, Baby Baby Lady, с самодовольным взглядом ты снимаешь очки

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconBaby, baby, I don't wonna see your face right now I'm gonna down the buttom, please don't ask me how

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconДокументы
1. /__MACOSX/._hwtm_robot-baby-shower_baked-bytes-labels.pdf
2. /__MACOSX/._hwtm_robot-baby-shower_decorative-labels-phrases.pdf
David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconПеревел М. Немцов David Bohm. Unfolding Meaning. A weekend of Dialogue with David Bohm
Это происходит скорее тогда, когда разграничение между этими двумя ролями исчезает, и его место занимает диалог, насыщенный взаимным...
David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconBaby, I love you

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby icon02. Brennan Heart & Wildstylez Lose My Mind 03. Scope dj hypersonic

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby iconОригинал Green Day I lost my way, oh baby

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby icon1. hoochie coochie man rock me baby

David Chamberlain The Mind for Your Newborn Baby icon01 Bingo Players Out Of My Mind (Lush Bootleg) 02 John Dahlback China Lake

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы