Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» icon

Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы»


НазваниеДжеймс Клеменс «Огонь ведьмы»
страница14/28
Дата публикации19.12.2013
Размер5.7 Mb.
ТипДокументы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   28

ГЛАВА 21


Воин без особого энтузиазма ковырял вилкой говядину и картофель. Элена сидела рядом с ним и перехватила его тревожный взгляд, направленный на дядю Бола, занявшего место во главе стола. Однако дядя не обращал внимания на Эр'рила, он не спускал глаз с сидевшей напротив Ни'лан. И хотя в пламени свечей ее красота заметно потускнела, дядя Бол не мог отвести взгляда от ее лица. «Как странно, – подумала Элена, – почему красота Ни'лан так быстро увяла?»

Неожиданно горец громко рыгнул. Крал балансировал на маленьком стульчике напротив Элены и вытирал бороду краем рукава. Он ответил вопросительным взглядом, когда понял, что глаза всех присутствующих устремлены на него. Однако горец явно не стеснялся своих манер.

– Что такое? – спросил он, положив вилку на тарелку, откинулся назад и погладил туго набитый живот. – Что случилось?

Элене пришлось прижать ладошку ко рту, чтобы скрыть смех.

Рокингем – ему приходилось есть мясо ложкой, вилку и нож ему не доверили – пробормотал себе под нос:

– Еще и связали меня.

Его щиколотки были привязаны к ножкам дубового стола.

Эр'рил откашлялся и посмотрел на дядю Бола.

– Похоже, все закончили обедать. Может быть, теперь вы объясните, откуда вам стало известно о нашем визите и как вы узнали мое имя?

– А кто хочет десерта? – вместо ответа спросил дядя Бол, с громким стуком отодвигая свой стул. – В честь пожара в яблоневом саду я испек яблочный пирог. Кто нибудь хочет попробовать?

– Это может подождать… – начал Эр'рил, но четыре поднятые руки спутников остановили воина. Его плечи поникли, и он громко вздохнул. – Ладно, пирог так пирог.

Дядя Бол встал и потянулся.

– Может быть… – Он посмотрел на маленькую женщину. – Вас зовут Ни'лан, не так ли? Вы не поможете мне на кухне?

– Конечно.

Ни'лан вытерла свои изящные руки кусочком льняной ткани, лежавшим у нее на коленях, и вышла из комнаты вслед за Болом.

Эр'рил принялся нетерпеливо постукивать по своей чашке с ко'коа.

Элена чувствовала, что воин с огромным трудом сдерживает нетерпение. С того самого момента, как дядя Бол обратился к нему по имени, а потом отказался отвечать на вопросы до окончания обеда, мышцы на шее Эр'рила оставались напряженными. И хотя он наверняка испытывал голод, еда на его тарелке осталась почти нетронутой.

– Не сердитесь на дядю Бола, – попросила Элена. – Такой уж он человек.

Эр'рил перестал стучать по чашке и резко повернулся к Элене:

– Что он задумал?

– Он ничего от нас не скроет, но только после того, как будет готов. Когда он приезжал в гости, то часто рассказывал нам перед сном истории. И если мы с братом пытались его торопить, он говорил еще медленнее.

– Что ж, нам ничего не остается, как съесть пирог, – мрачно пробормотал Эр'рил.

Элена кивнула, прикусив губу. Она не сказала о том, что дядя явно нервничал. Что то его серьезно беспокоило. Она никогда не видела, чтобы он подскакивал при малейшем шуме. Когда в камине затрещали дрова, он едва не подпрыгнул до потолка. Кроме того, дядя Бол любил поесть – как он умудрялся столько есть и оставаться таким худощавым и мускулистым, всегда оставалось тайной и обсуждалось всеми женщинами в их семье в течение многих лет, – но сегодня, как и Эр'рил, он едва прикоснулся к мясу на своей тарелке. Дядя вернулся с чистыми тарелками и вилками. За ним вошла Ни'лан с яблочным пирогом. Аромат яблок и корицы наполнил комнату. Даже Эр'рил немного повеселел.

Однако новая задержка, которая так рассердила Эр'рила, не заняла много времени. Блюдо с пирогом быстро опустело, все удовлетворенно вздохнули, наслаждаясь сладким вкусом и поглаживая наполненные животы.

Дядя Бол встал.

– Надеюсь, вы насытились, – сказал он.

Все только благодарно застонали в ответ.

– Тогда я полагаю, что пришло время разойтись по комнатам на ночь. Боюсь, мужчинам придется улечься в одной комнате, а Ни'лан и Элена займут другую.

Эр'рил поднял свою единственную руку:

– Вы так и не ответили на мои вопросы.

Дядя Бол нахмурился.

– Присоединяйтесь ко мне, Эр'рил, после того как все устроятся на ночлег, и мы покурим у камина. – Он повернулся к Элене. – И ты тоже приходи, милая. Я должен тебе кое что передать.

– Мы можем поговорить в присутствии моих спутников, – проворчал Эр'рил.

Глаза Крала и Ни'лан загорелись. Рокингем без особого успеха сделал вид, что его это не интересует.

Дядя Бол потер усы.

– Нет, не думаю, что Братство будет довольно.

– Какое Братство? – начала Элена, но Эр'рил положил руку на ее плечо и сжал, девушка замолчала.

– Прошло много лет с тех пор, когда я мог насладиться трубкой, – сказал Эр'рил. – Я жду этого момента с нетерпением. – Его слова были полны решимости.

– Отлично! А теперь я покажу ваши комнаты.


Рокингем слушал в темноте, как великан закрывает дверь. Он не видел, как Крал снимает одежду и забирается в постель. Веревки, которыми Рокингема привязали к кровати – его руки были прикручены к передней спинке, а ноги к задним стойкам, – стесняли его движения. Ему был виден лишь потолок и небольшая часть комнаты. Затем горец задул лампу, и стало совсем темно.

Раздетый Рокингем лежал на спине под тяжелым одеялом. Темнота скрывала горца, но он ощущал его запах. Он наморщил нос. От горца шел крепкий дух мокрого козла, солдату показалось, что он спит в хлеву. Он закрыл глаза и попробовал дышать через рот, но это не помогло. Тогда он попытался отвернуться, но мешали веревки. Кровать громко заскрипела.

– Я сплю чутко, – предупредил Крал. – Не испытывай меня.

Связанный пленник промолчал. Какой смысл пытаться? Он был связан так, что шансов высвободиться не было.

Рокингем лежал на спине, устремив взгляд в потолочные балки. Да и зачем ему убегать? Куда бы он направился? В гарнизон ему путь закрыт, тут сомневаться не приходилось. Как только властитель Гал'готы узнает, что один из его помощников обезглавлен, а девушка, которую он разыскивал, сбежала, его смерть будет ужасной. Он видел, какая судьба ждет пленников в подвалах Блэкхолла. Рокингем содрогнулся под толстым одеялом.

Ему оставалось только или исчезнуть, или продолжать бежать, надеясь, что приспешники Темного Властелина его не найдут, или же остаться с этим отрядом и попытаться похитить девушку. Она была спасительным ключом от дверей клетки, в которую он угодил. Если он приведет Элену, гнев властителя Гал'готы смягчится.

Вот почему Рокингем не стал сопротивляться, когда однорукий воин скрутил его. Будет только лучше, если его увезут из города. Он не пытался доставлять им какие либо неприятности. Пусть ослабят бдительность. Он может подождать. По губам скользнула быстрая улыбка, когда он представил, как возвращается в Блэкхолл с девушкой на цепи. Ради этого стоило потерпеть.

Пока он мечтал об этом моменте, у него зачесался пах. Проклятая шлюха из таверны и вши, которых он у нее подцепил! Рокингем сжал ноги, надеясь, что это ему поможет. Однако стало еще хуже. Ко всем прочим неприятностям, великан захрапел. Нет, он не посапывал носом, из его горла доносился глухой рокот – воздух с трудом преодолевал сгустки слизи и мокроты. Рокингем сжимался от отвращения при каждом новом хрипе.

Он закрыл глаза и попытался успокоиться. Ему предстояла долгая ночь.

Пытки в подземельях Блэкхолла уже не казались ему такими страшными.


Эр'рил оперся о каминную полку. Где Бол? Остальные удалились в свои комнаты, оставив воина наедине с Эленой. Он наблюдал за девушкой, неотрывно смотревшей в огонь. Она сидела, глубоко погрузившись в мягкое кресло, и Эр'рилу вдруг показалось, что она как бы растворилась в пламени. Сквозь усталость просвечивала глубокая печаль. Юной путешественнице пришлось перенести страшные испытания, она оказалась вырванной из привычной обстановки, однако он видел, как велика сила ее духа.

Он попытался найти слова утешения, но прошло слишком много времени с тех пор, как Эр'рил в последний раз кого то утешал. Он обнаружил, что тоже смотрит на танцующее пламя в камине. Время далеко не всегда дарует человеку мудрость, иногда остаются лишь глубокие рубцы.

Его размышления были прерваны возвращением дяди девушки, который держал в руке две трубки.

– Табачный лист собран на юге Станди. Мне показалось, что вам будет приятно прикоснуться к кусочку родного дома, – сказал Бол, протягивая трубку Эр'рилу.

– Благодарю вас.

Воин поднес трубку к носу. Аромат табачного листа, напомнивший о широких родных равнинах, заставил его замолчать. Бол поджег вощеный фитиль в огне камина, раскурил свою трубку и сделал глубокую затяжку. Эр'рил взял из его рук фитиль, но не стал сразу раскуривать трубку. Ему не хотелось поджигать табак, так сильно напомнивший ему о доме.

Он обнаружил, что Элена смотрит на него и ее грусть стала еще заметней. За прошедший день она потеряла в огне много больше. Он прикоснулся горящим фитилем к табаку и втянул в себя дым. Тепло и знакомый вкус позволили Эр'рилу расслабиться, и он вдруг почувствовал, как слабеют колени.

– Садитесь, – предложил Бол, показывая еще на одно кресло рядом с камином.

Сам Бол остался стоять около племянницы.

Эр'рил опустился на подушки, набитые гусиными перьями, вытащил трубку и с некоторой осторожностью спросил:

– Откуда вы меня знаете? Как вам удалось предвидеть, что мы явимся в ваш дом?

Бол кивнул:

– Вы задаете вопросы, которые относятся к концу истории. Чтобы ее понять, нужно знать начало.

– Я вас слушаю. – Эр'рил вновь затянулся.

– Я уже упоминал о Братстве. О Разбитом Братстве, если говорить точно. Позвольте мне начать с него.

– Что это такое? – тихо спросил Эр'рил.

Дядя Бол выпустил изо рта идеальное кольцо дыма. Оно медленно поплыло по комнате в горячих потоках, исходящих от камина, и на губах Элены появилась тихая мягкая улыбка.

– Кое что ты не поймешь, милая. Однако в прежние времена на нашей земле жили маги, практиковавшие белую магию. Дух по имени Чи давал им силу, которая была гораздо могущественней магии, присущей земле. Орден воспользовался этим могуществом, чтобы создать замечательную цивилизацию.

– В школе меня учили совсем другому, – заметила Элена.

– Не все то, чему учат, – правда.

– И что же произошло потом?

– Много лет назад, когда страна нуждалась в магии более всего, она вдруг исчезла. На наши земли напали чудовища Гал'готы. Маги и народ храбро сражались. Но, лишенные белой магии, мы не смогли противостоять темной магии пришельцев. Аласея потерпела поражение, ее жителей поработили, а нашу историю уничтожили.

– И куда ушла наша магия?

На этот вопрос с обидой ответил Эр'рил:

– Она нас бросила.

Бол кивнул.

– Остались только отдельные ее элементы. Орден, лишившийся силы, распался. Однако часть магов попыталась сохранить магию, все еще присущую нашим землям. Им пришлось это делать, тщательно оберегая тайну, ведь Темный Властелин Гал'готы хотел полностью уничтожить нашу магию. Так возникло Разбитое Братство.

– Тайное общество? – взволнованно спросила Элена.

«Ну, это еще мягко сказано», – подумал Эр'рил. Насколько ему было известно, лишь горстка ныне живущих людей знала о развалинах А'лоа Глен. Нескольким людям было известно, что город все еще существует, но подходы к нему защищают остатки магии, по прежнему сохранившиеся в его сердце. Многие искали мифический город, но лишь считаным смельчакам удалось найти его и войти туда. Однако никто из них не вернулся.

– К сожалению, Братство совершило роковую ошибку, – сказал Бол.

Глаза Эр'рила широко раскрылись. О чем он говорит?

– Ослепленные могучей энергией Чи, они недооценили магию, рожденную землей, даже после того, как потеряли Чи, – продолжал Бол.

– Но какая может быть польза от слабых источников магии, которые имелись в стихиях земли? – спросил Эр'рил. – Я прожил несколько столетий, но ни разу не слышал об этой группе магов. Кто ее создал?

– Это не такая открытая группа, как Братство. Только рождение внутри группы дает тебе право в нее вступить.

– Что?

Бол взмахнул трубкой.

– Ты спрашиваешь, кто создал Орден сестер. Один человек. Возможно, вы даже ее знали или слышали о ней.

– Кто же она? – Эр'рил даже выпрямился в своем кресле.

– Сисакофа.

Слово было подобно тяжелому удару в живот.

– Ведьма духа и камня! – Он вспомнил, когда в последний раз слышал богохульственное имя из уст Грэшима в ночь создания Книги. Однорукий маг предупредил, что Книга возвестит о новом рождении ведьмы.

– Да, – сказал Бол. – Она мой дальний предок. Очень дальний, она была преданием даже в те времена, когда вы были мальчишкой.

– Вы хотите сказать, что ведете свою родословную от этой отвратительной ведьмы?

– В ней не было ничего отвратительного. – Щеки Бола потемнели от гнева. – Она обладала могуществом, равным, а в некоторых отношениях даже превосходящим силу мужчин. Она даже носила знак Розы. А мужчины не могли перенести мысль о том, что женщина наделена такими же, как и они, возможностями. И тогда они сфабриковали ложь, чтобы ее опорочить.

Эр'рил заметил, что Элену удивили слова дяди. Но удары его собственного сердца так громко отдавались в ушах, что он больше не мог обращать на нее внимание.

– Невозможно! Чи никогда не распространяла свой дар на женщин!

– Речь идет не о Чи.

– Как? Вы хотите сказать, что магия стихий равна магии Чи?

Бол выпустил еще одно кольцо.

– Да, в некоторых случаях так и есть. Но Сисакофа получала силу не от магии стихий.

– А откуда?

– Вы снова забегаете вперед.

Эр'рил прикусил язык, чтобы с его губ не сорвалось резких слов. Очевидно, Бол все равно расскажет свою историю так, как считает нужным.

– Хорошо, продолжайте, – пробормотал Эр'рил.

– Когда жизнь Сисакофы подходила к концу, она лишилась своей магии, но ведьма дала обещание, что однажды сила вернется к ее потомку. И это произойдет в тот момент, когда она станет необходима для нашей земли. Сисакофа получила предупреждение о темной тени, которая падет на земли Аласеи. Вот только она не знала, когда наступит это время. И тогда Сисакофа создала общество своих потомков женщин. Она объяснила им, как приготовиться к возвращению магии. Сисакофа чувствовала, что стихии станут важнейшим аспектом предстоящего возрождения света на нашей земле, и потому она подготовила Орден сестер к использованию духа стихий.

– Откуда вы столько знаете об Ордене сестер? Вы ведь не потомок Сисакофы по женской линии.

– Я близнец Филы. Я оказался первым мальчиком близнецом в нашем роду, появившимся на свет одновременно с девочкой, и меня посвятили в их тайны. Считалось, что мое рождение стало знаком того, что близок тот день, когда вернется тот, кто дал силу Сисакофе. А потому Орден сестер изо всех сил готовился к этому моменту. – Бол показал рукой на груды свитков и книг. – Они изучали древние тексты и искали предзнаменования.

– И что же удалось узнать?

– Нам стали известны некоторые знаки, которые должны сопровождать ее появление, а также имена ключевых участников – в частности, ваше, Эр'рил. И еще нам известно, что в этом будут участвовать стихии. «Придут трое» – так было написано. Но мы не знаем, кто есть кто. Не вызывает сомнений, что Крал обладает магией гор. А Ни'лан… она ведь нифай, верно?

– Да, – сказал Эр'рил.

– В ней силен огонь корня. Я не мог отвести от нее глаз. Но третий… он также должен быть полон магии, но я не знаю, какой именно.

– Крал тоже уловил в нем какую то странность, – сказал Эр'рил о Рокингеме.

– Должно быть, он третий.

Дядя Бол затянулся, прикрыв глаза, а потом выпустил дым. Почесав бороду, он продолжал:

– Существует откровение одного прорицателя, в котором говорится о появлении «кого то из давних и забытых времен и земель», но я, должно быть, ошибся. Если только они не имели в виду тебя, но я так не думаю. Впрочем, возможно, я не прав. Как я уже говорил, очень многое, связанное с Книгой, до сих пор остается неясным.

– Но вам известно немало. Так когда должна вернуться ведьма?

Бол удивленно посмотрел на Эр'рила.

– О, так вы еще не знаете? Она уже вернулась.

Эр'рил ошеломленно уставился на Бола, а тот показал на свою племянницу. Только теперь воин заметил, какой напуганной выглядит девушка.

– Она является прямым потомком Сисакофы и родилась в огне. Вот сидит твоя ведьма.


ГЛАВА 22


После того как дядя Бол назвал Элену ведьмой, в комнате воцарилась тягостная тишина. Элена попыталась поглубже вжаться в мягкие подушки кресла, увидев, как брови воина лезут вверх, а его смуглое лицо темнеет еще сильнее. Он так пристально смотрел на нее, словно пытался проникнуть взглядом сквозь ее кожу. Она не выдержала и скрестила руки на груди.

Потом девушка отвернулась и поднесла правую руку к огню.

– Но я… я больше не ведьма, – сказала она. – Все исчезло.

Дядя успокаивающе похлопал ее по плечу.

– Все не так просто, милая.

Эр'рил не обратил внимания на их последние слова.

– Но она же еще ребенок. Как я могу вам поверить?

Дядя Бол шагнул от кресла Элены поближе к огню. Он хромал, а плечи опустились – Элена поняла, что дядя ужасно устал, однако голос сохранял силу.

– Вы сомневаетесь? Вы слишком много времени провели в дороге, Эр'рил. Неужели вы не ощущаете правды в моих словах? Почему темный маг пытался пленить Элену? Он почувствовал, что в ней рождается могущество.

– Вы хотите, чтобы действия человека с черным сердцем служили доказательством вашей правоты?

Некоторое время Бол молча грел ладони, глядя в огонь, а потом заговорил:

– Вы знаете, что я сказал правду. – Дядя Бол повернулся к Эр'рилу. – Нам необходим Кровавый Дневник.

– Значит, вы знаете и о Книге?

– Конечно. Как может быть иначе? Именно по этой, главной причине мы собрались здесь сегодня.

Забытая трубка застыла в руке Эр'рила.

– Я просто привез сюда вашу племянницу. Вот и все.

– Нет. Ветер судьбы привел вас обоих туда, где вы больше всего нужны. Книга и ведьма идут по общей тропе.

– Мой брат ничего не говорил о ведьме. Он сказал, что Книга будет создана для того, чтобы сохранялась надежда покончить с темным правлением гал'готалов. Он не знал о ведьме. – Эр'рил произнес последние слова с таким презрением, что щеки Элены покраснели от стыда.

– Мы решили, что Шоркану это не нужно знать.

– О чем вы говорите?

Дядя Бол сделал пару затяжек, а потом заговорил:

– Откуда, по вашему, брат узнал, как создать Кровавый Дневник?

– Понятия не имею. Он упоминал какие то древние рукописи.

– Он получил эти сведения от Ордена сестер. Мы руководили Шорканом, хотя он не подозревал об этом.

– Это невозможно!

Дядя Бол пожал плечами, не обращая внимания на восклицание Эр'рила. Мужчины обменялись пристальными взглядами.

Наконец напряженное молчание прервала Элена.

– Значит, мы с Джоаком были пешками в игре, цель которой состояла в том, чтобы вернуть наследницу Сисакофы в земли Аласеи. Ты на это намекаешь?

– Вовсе нет. Твоя цель совпадает с целями Ордена сестер: вернуть свет на нашу землю, изгнать гал'готалов с нашей земли. – Затем дядя обратился к воину, кивнув в сторону девушки: – Но неужели вы полагаете, что она… даже с помощью Кровавого Дневника способна в одиночку разбить армии Темного Властелина, не говоря уже о схватке с ним самим?

Эр'рил перевел взгляд на Элену. Гнев в ее глазах вновь сменился смущением.

Дядя Бол продолжал:

– Пора объединить Братство и Орден сестер. Братство создало и охраняло Книгу. Орден сестер изучал стихии и готовился к возращению ведьмы. Пришло время создать могучий союз – чтобы разбить Гал'готу и освободить наши земли!

Эр'рил посмотрел на морщинистое лицо Бола.

– Как?

– Ведьма и Кровавый Дневник должны объединиться.

– И что будет? – с горечью спросил Эр'рил. – Что ты сумел предвидеть?

Следующие слова дядя Бол прошептал, и они смешались с дымом его трубки:

– Мы не знаем. Кровавый Дневник – могучий талисман. Все, что с ним связано, окутано тайной. Предзнаменования кружат вокруг него, как водоворот, и они такие яростные, что их невозможно прочитать. Никому не известно, что произойдет после того, как будет заключен союз ведьмы и Книги. Одни ожидают, что наступит спасение, другие считают, что наоборот – полное разрушение. Однако большая часть знаков показывает и то и другое.

– Если будущее остается таким туманным, то зачем рисковать и сводить вместе ведьму и Книгу?

– В противном случае все провидцы дают одинаковые пророчества о судьбе Аласеи: наша земля будет и дальше следовать по темной тропе во мрак, который поглотит не только Аласею, но и весь мир, и само время. Ведьма и Книга должны объединиться!

Элена сжалась в своем кресле. Неужели она является столь важной фигурой? Ей не хотелось взваливать на свои плечи такую ответственность.

Эр'рил разделял ее сомнения.

– А какое отношение имею ко всему этому я?

– Вы – страж Книги, вечный наблюдатель. Вы должны теперь охранять еще и ведьму. Вам следует отвести Элену к Книге.

– Но зачем рисковать девочкой? Почему бы мне не отправиться за Книгой и не принести ее сюда?

Дядя Бол покачал головой:

– Вас будет ждать неудача. Существует пророчество об этом. Надежда остается только в том случае, если ведьму будут сопровождать страж и три стихии, собравшиеся здесь, – это нам известно. Но знайте, даже этот путь полон трудностей, и нет никакой уверенности, что вы доберетесь до Кровавого Дневника. Предстоящее путешествие таит множество опасностей.

– И у меня нет выбора…

– А разве он когда нибудь был? Неужели твоя жизнь, состоящая из бесконечных скитаний, так привлекательна?

Эр'рил опустил голову:

– Я хочу получить обратно свою жизнь – ту, что у меня была до того, как я вошел с Шорканом на постоялый двор много лет назад.

– Это невозможно. Но кто знает, быть может, в процессе ты станешь таким, как прежде.

Эр'рил сидел с опущенной головой. И хотя слова дяди привели Элену в ужас, она испытала сочувствие к воину. Казалось, его плечи согнулись под грузом бесконечных скитаний.

– Сделай свой выбор, Эр'рил из Станди.

Он прошептал, глядя в пол:

– Я отведу ее туда, где спрятал Книгу.

– В А'лоа Глен?

Эр'рил поднял взгляд:

– Неужели от вас ничего нельзя скрыть?

Дядя Бол пожал плечами.

– Мне известны лишь намеки, – тихо сказал он. – Слова из книг и свитков. Но я ничего не знаю о том, что находится за дверью.

– Путешествие в А'лоа Глен будет долгим. Город охраняет магия. И прежде чем я смогу туда войти, мне нужно снять защиту, запирающую вход в город. Я спрятал ее в развалинах старой школы. Возле…

Дядя Бол протестующе замахал трубкой:

– Не нужно мне ничего рассказывать. Чем меньше людей об этом знает, тем лучше.

Наступило долгое молчание.

Элена заерзала в кресле. Она пыталась осмыслить все, что услышала, но большая часть слов до нее не доходила. Лишь одно не вызывало сомнений; наконец ее страхи обрели голос, и она воскликнула:

– Я не хочу быть ведьмой!

Дядя попытался ободряюще улыбнуться, но у него не получилось, только усы задрожали. Элену поразила глубокая печаль в его глазах. Вместо того чтобы утешить ее, он подошел к воину и встал перед ним, спиной к Элене.

– Раньше ты просил, чтобы я предоставил доказательства. – Он что то вытащил из кармана жилета. – Ты узнаешь это?

Элена не видела лица Эр'рила, но слышала его ответ:

– Это принадлежало Шоркану! Где ты его нашел?

Элена не знала, что показал ему дядя Бол. Она сдвинулась в сторону, но спина дяди все загораживала.

– Если ты не забыл, – продолжал дядя, – Шоркан отдал это мальчику в ночь создания Книги. Когда ты бежал с Книгой, убив мальчика, мы это взяли. Юный маг сжимал его в мертвых пальцах.

– Что ты намерен с ним делать?

– То, что должен.

Дядя Бол неожиданно резко развернулся лицом к Элене. В руке он держал кинжал, и его черный клинок блестел в пламени камина. В глазах дяди Бола стояли слезы.

– Я не хотел этого делать, Элена.

Он схватил ее за запястье и потянул к себе. Элена ахнула, не понимая, что он собирается сделать. Она была так поражена, что даже не сопротивлялась.

– Это древний кинжал, который использовался магами для освящения Кровавого Дневника.

Он провел острием кинжала по ладони Элены. Из раны пролилась кровь прежде, чем Элена ощутила боль. Она хрипло вскрикнула и в ужасе посмотрела на рану.

Дядя Бол вложил рукоять кинжала в окровавленную ладонь девушки, и черный клинок вспыхнул ослепительно белым светом. А когда сияние погасло, засиял серебром в мерцающем свете пламени.

Дядя Бол опустился на колени перед Эленой.

– Теперь это кинжал ведьмы.


Эр'рил выпрямился в кресле. Трубка выпала на пол из его пальцев, и тлеющий табак рассыпался по сосновому полу. И хотя он чувствовал правду в словах старика, теперь он все увидел собственными глазами, и его тело онемело. Много лет назад он был свидетелем того, как мастера посвящали в орден молодых магов, так проходило их первое знакомство с волшебством. И тот же ослепительный свет отмечал их первое соприкосновение с магией.

Элена действительно была ведьмой!

Девушка уронила кинжал на колени и стерла кровь с ладони. От надреза, сделанного дядей, не осталось и следа. Кожа на ладони снова была идеально гладкой.

Бол опустился на колени рядом с Эленой.

– Прости меня, Элена.

– Но я не хочу прикасаться к этому ножу.

– Ты должна взять кинжал. Он тебе нужен, чтобы обращаться к магии.

Она подняла правую руку:

– Я уже говорила тебе – все исчезло. Смотри, рука стала нормальной. Она уже не красная.

Эр'рил постарался, чтобы его голос прозвучал мягко и слова не огорчили девушку.

– Твоя Роза потускнела из за того, что запасы магической энергии исчерпались. Тебе нужно будет их восстановить.

– Но я не хочу!

Слезы покатились по щекам Элены.

Дядя положил руки ей на колени.

– Я знаю, что тебе страшно, милая. Но тетя Фила рассчитывает на тебя.

Услышав имя тети, Элена перестала всхлипывать.

– О чем ты говоришь? – спросила она.

– Я хочу тебе кое что показать. Тетя Фила оставила для тебя подарок.

– Она знала, что я стану ведьмой?

– Да, она знала. И гордилась, что ты растешь такой сильной.

Девушка стерла остатки слез.

– Пойдем со мной. – Затем Бол повернулся к Эр'рилу: – Иди и ты с нами. Это должно помочь снять защиту, которую ты поставил на руинах школы.

Воин поднялся с кресла, и они вместе с Эленой подошли к полкам с запыленными книгами. Пальцы Бола с любовью пробежали по корешкам, с губ слетел тихий вздох. Его рука замерла на краю шкафа, на котором была изображена голова дракона. Он нажал на нее, послышался странный шорох, и полки сдвинулись.

– Отойдите, – предупредил Бол.

Он сдвинул в сторону книжные полки, как створку двери, и Элена увидела каменную лестницу, ведущую вниз.

Ее глаза широко раскрылись от удивления, и она окончательно забыла о слезах.

Даже Эр'рил был заинтригован.

– Куда ведет эта лестница? – спросил он.

Бол протянул руку и взял лампу, стоявшую на каминной полке, подкрутил фитиль, и лампа засветила ярче, затем сказал:

– Следуйте за мной и смотрите под ноги, ступени влажные и скользкие.

Эр'рил махнул рукой, показывая, что Элена должна идти за дядей, а сам пошел последним. Лестница была сделана из отдельных глыб обтесанного камня и показалась Эр'рилу гораздо древнее самого дома. С потолка свисала паутина. Бол и Элена прошли под ней, а высокому Эр'рилу приходилось все время смахивать паутину с головы. Один раз он даже прихлопнул на шее паука.

Услышав хлопок, Элена обернулась и посмотрела на него.

– Осторожно. Убивать паука – плохая примета.

– Иди вперед, девочка, – проворчал Эр'рил.

У нее в волосах не ползали пауки.


Элена внимательно прислушивалась, спускаясь по ступенькам. Звуки их шагов далеко разносило эхом. Она наморщила нос – пахло стоячей водой и плесенью. Преодолев последнюю ступеньку, Элена остановилась. Дядя Бол замер в нескольких шагах впереди, высоко подняв лампу. Свет озарял обширное помещение, стены которого образовывали неровный круг. Двенадцать каменных колонн, подобно стражам, навеки застывшим, стояли вдоль стен. В проемах между колоннами висели древние зеркальные плиты, их серебристую поверхность покрывали зеленоватые разводы высохшей воды.

Дядя Бол ободряюще улыбнулся:

– Здесь тебе нечего бояться, Элена.

Эр'рил мягко подтолкнул ее вперед. Когда она подошла к дяде, зеркала отразили искры в лампе и движение света. Их собственные отражения заставляли Элену вздрагивать. Она старалась держаться поближе к воину и тревожно оглядывалась по сторонам. Один из черных коридоров уходил в темноту, к новым тайнам.

– Что это за место? – спросил Эр'рил.

Элена и сама хотела задать этот вопрос.

– Мы находимся у начала древних развалин.

Дядя Бол все еще сжимал в зубах трубку. Ее тлеющий кончик напоминал указательный палец. Бол обвел жестом все помещение:

– Это общий зал поклонения старой школы. Здесь молодые ученики – они были твоего возраста, Элена, – молились и медитировали, надеясь получить указания духа Чи.

Девушка всматривалась в темноту. Она слышала, что в развалинах водятся ядовитые змеи, и подошла ближе к воину с мечом.

– Мне следует помолиться Чи? – шепотом спросила она. – Здесь?

– Нет, милая. Чи больше нет. Ты получила свой дар из другого источника.

– Но как такое возможно? – спросил Эр'рил.

Казалось, его совсем не тревожит мысль о ядовитых змеях. Дядя Бол тоже выглядел спокойным. Он говорил с Эр'рилом, а Элена пыталась уловить змеиное шипение.

– В то время как Чи скорее мужской дух, вступающий в контакт только с мужчинами, мы считаем, что дух, даровавший силу Элене и Сисакофе, есть женский близнец Чи. – Дядя переместил лампу поближе к зеркалам. – Его зеркальное отражение.

– Но Чи одаривал многих мужчин, – заметил Эр'рил. – Почему же дух выбрал юную девушку – Элену в качестве своего инструмента?

– Об этом много спорили, да и в текстах Сисакофы есть немало рассуждений на эту тему. Вот к какому выводу пришел Орден сестер: Чи, как и все мужчины, мог распространять свое семя далеко и широко, чтобы собрать побольше мужчин под свои знамена. А другой дух, больше похожий на женщину, обладал всего одним зерном в каждый момент времени. В прошлом это зерно досталось Сисакофе, а сейчас – Элене.

– Значит, этот дух слабее Чи, – сказал Эр'рил.

Дядя Бол нахмурился, глядя на Эр'рила, и кончики его седых усов опустились.

– Для рождения ребенка необходимы мужчина и женщина. Кто силен в таком союзе, а кто слаб? Это как две стороны одной медали.

Эр'рил пожал плечами:

– Слова для мечтателей.

– Но что это за дух? – спросила Элена, которая немного вникла в их разговор, но все еще опасалась змей. – Откуда он взялся?

– На этот вопрос мы все еще не знаем ответа, милая. Я очень рассчитываю, что тетя Фила сумеет его отыскать.

– Но она же мертва. Как она может нам помочь?

Дядя Бол коснулся пальцами ее щеки.

– Тетя Фила особенная. Наши предки, еще до Сисакофы, обладали удивительными связями с духами стихий. Как и твоя мама.

– Мама?!

Бол кивнул.

– Ты ведь знала, что она умела определять пол нерожденного ребенка или срок, когда корове предстоит телиться.

– Да, и все соседи приходили к ней за советом.

– В этом и состоял ее талант.

– И у тети Филы был особый талант?

– Да, у нее был замечательный талант. Она могла смешивать магию стихий, как тесто в своей пекарне. Она владела разными видами волшебства.

И вновь на глаза Элены навернулись слезы, она вспомнила о своих родителях, брате и тете Филе.

– Почему же она умерла?

– Не надо, милая… не плачь. Позволь мне кое что тебе показать.

И дядя Бол подвел ее к проему между колоннами.

Элена последовала за ним, отметив, что только в этом месте не висело зеркало. Альков, освещенный лампой, был высечен прямо в скале. На пьедестале стояла чаша с водой. С влажного камня скатилась капля и упала в чашу.

– Что это? – спросил из за ее спины Эр'рил.

– Эта чаша использовалась учениками для омовений. Многие маги мыли здесь руки перед медитацией.

Элена подошла к пьедесталу, и ей пришлось привстать на цыпочки, чтобы заглянуть в чашу.

– А какое отношение она имеет к тете Филе?

– Эта вода, просачивающаяся сюда из горных источников, наполнена могуществом стихий. – Бол посмотрел через голову Элены на Эр'рила: – Не думаю, что в школе магов, отрицающей дух стихий, подозревали о силе, которой обладает эта вода. Впрочем, нельзя исключать, что они построили здесь школу потому, что ощущали необычность этого места.

– И на что способна эта вода? – спросил Эр'рил.

– Как любая вода способна пробивать себе дорогу в камне, эта наделена умением создавать тропы между людьми. У тети Филы и у меня имелись амулеты с каплями этой воды, что позволяло нам общаться на расстоянии.

Дядя Бол из кармана своего жилета вытащил маленький нефритовый амулет в форме флакона алхимика. Он висел на сером шнуре. Дядя протянул его Элене.

Она осторожно взяла амулет и поднесла его к свету лампы.

– Спасибо. Он такой красивый!

Дядя Бол наклонился и поцеловал Элену в лоб.

– Это подарок тети Филы. – Он протянул руку и вытащил кусочек нефрита, служивший пробкой. – А теперь наполни его водой, – сказал дядя Бол, указывая на чашу.

Элена вопросительно посмотрела на него, потом подошла к чаше и опустила в нее амулет. Ледяная вода обожгла ей пальцы. Она вытащила амулет, и дядя Бол протянул ей пробку.

– Закрой флакон.

Элена нахмурилась и старательно вставила пробку на место.

– И что теперь? – спросила она.

– При помощи амулета ты сможешь говорить с тетей Филой. Достаточно сжать амулет рукой и пожелать этого.

По спине Элены пробежал холодок. Ей стало страшно. Она любила тетю, но…

– Я смогу говорить с ее призраком?

– Да. Ее тело покинуло наш мир, но дух живет. Я больше не могу связаться с ней при помощи моего амулета. Сила стихии, сама по себе, не в состоянии преодолеть расстояние до страны духов. Но тетя Фила верила, что тебе это будет по плечу.

Элена во все глаза смотрела на амулет.

– Но как?

– Подойди к одному из зеркал. Тебе потребуется отражающая поверхность. А потом загляни в зеркало, крепко сжимая амулет, и произнеси имя тети. Ну, попробуй.

Элена вздохнула и подошла к зеркалу в соседнем проеме. Надела шнурок на шею, крепко сжала флакон в ладони, так что его острые грани слегка поцарапали кожу. Прижав руку к груди, Элена посмотрела в зеркало. Зеленые пятна портили отражение, придавая лицу болезненное выражение.

– Подумай о ней и произнеси ее имя, – прошептал дядя Бол, стоявший у нее за спиной.

В его печальном голосе слышалась надежда, и Элена не могла ему отказать.

Она представила суровое выражение на лице тети, ее волосы, туго стянутые в хвост на затылке.

– Тетя Фила, – сказала она в зеркало. – Ты меня слышишь?

И стоило Элене произнести эти слова, как амулет в ее ладони зашевелился, как птенец в яйце, когда ему приходит пора появиться на свет. Однако дальше ничего не произошло. Элена повернулась к дяде Болу:

– Не получается.

Его глаза сузились, плечи поникли.

– Может быть, она слишком далеко.

– Или она ошибалась, – сказал Эр'рил. – Нам следует…

Дверь, через которую они вошли, с грохотом захлопнулась, напугав девушку. Она вздрогнула, ее кулак инстинктивно сжался, и она порезала большой палец об острую грань амулета.

Лампа дрогнула в руке дяди Бола, по стенам заметались тени, и они с Эр'рилом на мгновение застыли.

Возник новый источник света, он находился в зеркале, перед Эленой. И она увидела то, чего уже никогда не рассчитывала увидеть. Свою тетю Филу! Старую женщину освещали волны света, за спиной мигали звезды.

Но прежде чем Элена успела что то сообразить, тетя Фила заговорила, ее лицо исказила паника.

– Бегите! – закричала она, показывая в сторону темного коридора, ведущего в глубины развалин. – Бегите! Немедленно! Бросайте дом и бегите в лес!

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   28



Похожие:

Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Огонь ведьмы»
Моим родителям, Рональду и Мэри Энн, которые подарили мне дом и целый мир, чтобы я мог реализовать свои мечты
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Буря ведьмы»
Моим самым верным и ярым сторонникам, братьям и сестрам (да, я назову их поименно)
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Война ведьмы»
Никто не пишет в безвоздушном пространстве. И я не исключение. Мой роман никогда бы не вышел в свет без огромной помощи друзей, коллег...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс Звезда ведьмы
Таинственная Книга, созданная последними магами Света в грозный час, когда королевство Аласия рушилось под натиском сил Тьмы, нашла...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс Дар сгоревшего бога
...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconКак вы планируете зарабатывать?
В их действиях нет ни порядка, ни плана, но они надеются заработать много денег. В то время как я ярый сторонник подхода: «Готовься...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconОчищающий огонь
Земле. Огонь не только сам чист, но и очищает все другие Благие творения, в том числе и человека. Поэтому в храмах всегда горит огонь....
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconПятьдесят оттенков серого (Fifty Shades of Grey)
Э. Л. Джеймс, которая сделала автора знаменитой и побила все рекорды продаж: 15 миллионов экземпляров за три месяца. По мнению Лисс...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconЖозеф Анри Рони-старший Борьба за огонь Борьба за огонь – 1
В непроглядную ночь бежали уламры, обезумев от страданий и усталости; все их усилия были тщетны перед постигшим их несчастьем: огонь...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжон Апдайк Иствикские ведьмы
Иствикские ведьмы». Произведение, которое легло в основу оскароносного фильма с Джеком Николсоном в главной роли, великолепного мюзикла,...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжон Апдайк Иствикские ведьмы Джон апдайк иствикские ведьмы
И вот, покончив с наставлениями, дьявол сошел с кафедры и заставил всех присутствующих подойти и поцеловать его в задницу. Она была...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы