Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» icon

Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы»


НазваниеДжеймс Клеменс «Огонь ведьмы»
страница16/28
Дата публикации19.12.2013
Размер5.7 Mb.
ТипДокументы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   28

ГЛАВА 24


Элена вцепилась в куртку Эр'рила – шипение гоблинов приближалось к ним со всех сторон. Сколько же можно? За прошедший день она видела слишком много ужасов. Девушка спрятала лицо в кожаную куртку воина. Сверху донеслись раскаты далекого грома, на короткое время заглушившие шипение. Когда гром стих, шипение возобновилось с новой силой. Элена осторожно открыла глаза и огляделась. Ей показалось, что к ним приближаются темные тени.

Сзади послышался голос дяди Бола:

– Я чувствую запах дождя из этого коридора.

Она оглянулась, дядя смотрел в туннель, ведущий влево.

– И шипение с той стороны не такое громкое.

– Давайте туда и пойдем, – предложил Эр'рил.

Элена щекой прижималась к груди воина и слышала, как бьется его сердце. Она сосредоточилась на этом звуке, чтобы заглушить отвратительное шипение.

– Бросай факел, – сказал Бол. – Рука потребуется тебе, чтобы нести девочку. Мы должны торопиться. Они могут пропустить нас через свои коридоры, если мы не будем задерживаться.

Элена позволила поднять себя, ощутив железные мускулы Эр'рила, и обняла его за шею, чтобы не упасть.

– Переместись мне на спину, – сказал он.

Она повиновалась и обхватила его ногами за пояс. Он поддерживал рукой ногу Элены.

– Не нужно меня держать, – сказала она ему прямо в ухо. – Если ты немножко наклонишься вперед, все будет в порядке.

Эр'рил так и сделал.

Элена сжала колени и переместила свой вес. Теперь она держалась надежно, похожие ощущения у нее были верхом на лошади.

– Я готова, – сказала она.

Положив руку на рукоять меча, Эр'рил кивнул Болу.

– Веди нас, – проворчал он, руки девушки слегка давили на горло.

Дядя поднял лампу и поспешно зашагал вперед.

– Держись крепче, – сказал Эр'рил девушке и пошел вслед за Болом.

Элена прижалась щекой к его шее, стараясь не мешать дыханию своего скакуна. Она ощутила его запах – лошадь и мускус, похожий на аромат земли. Элена вдруг представила его мальчиком, бегущим по полям возле дома в Станди: сильные ноги перепрыгивают через канавы, широкая грудь вдыхает воздух, полный желтой пыльцы, поднимающейся с весенних полей. Интересно, если бы они встретились детьми, могла бы завязаться между ними дружба?

Она не успела обдумать последствия странного воздействия, которое оказывал на нее запах воина, как они оказались в другом туннеле. Шипение усилилось, отражаясь от каменных стен. Она смотрела через плечо Эр'рила, который спешил за дядей Болом и лампой.

Хотя они двигались довольно быстро, воин успевал смотреть под ноги и беречь голову девушки от обвалившихся балок. Именно это и спасло дядю Бола от смерти. Элена смотрела вперед и видела дорогу и все препятствия, которые освещала лампа. Вдруг впереди все пропало, осталась только черная тьма. Лишь через мгновение девушка сообразила, что находится перед ними.

– Осторожно! – крикнула она дяде, идущему впереди.

Бол услышал ее и одновременно увидел пропасть. Он остановился на самом краю. Эр'рил едва не врезался ему в спину, но успел вовремя среагировать и схватить старика за плечи. Они отошли на шаг назад.

Элена соскочила с плеч своего стража. Все трое смотрели на зияющую пропасть. Они стояли перед широкой трещиной, свет лампы с трудом достигал противоположного края – перепрыгнуть на другую сторону было невозможно.

Грянул новый удар грома. Дядя Бол не ошибся. Выход на поверхность находился где то впереди. Но у них не было ни малейшей возможности преодолеть пропасть.

Гром стих, и они сумели более точно определить направление, откуда доносилось шипение – оно поднималось из пропасти, как пар из кипящего чайника.

– Каменные гоблины, – пробормотал Бол.

Вдруг сзади тоже послышалось шипение.

Дядя Бол повернулся к Элене. Она никогда не видела такого отчаяния в его глазах.

– Простите меня, – прошептал он Элене и воину.

Девушка едва расслышала его слова. Она обернулась и в туннеле, находившемся позади, увидела чернильные тени, медленно приближающиеся к ним.


– Кра ал! – позвала Ни'лан, стараясь перекричать шум бури.

Струи дождя били в лицо, ветки хлестали лошадь. Она скакала на стук копыт. Жеребец Эр'рила повиновался ей с неохотой. Позади трусила кобыла с пленником на спине. Она была привязана к жеребцу, и Рокингем даже не попытался соскочить с лошади и сбежать. Ему не хотелось блуждать одному по лесу пешком, когда вокруг рыскали чудовища.

– Он давно мертв, – мрачно сказал солдат. – Давай найдем дерево потолще и переждем бурю.

– Нет, – ответила Ни'лан.

– Он не мог пережить встречу со скал'тумом.

– Однажды он уже это сделал.

Рокингем плотнее завернулся в плащ, пытаясь спастись от порывов холодного ветра.

– Но только не в темноте ночи.

– Я его слышала.

– Ты слышала гром.

Ни'лан снова направила жеребца вперед, кобыла брела следом. Это был вовсе не гром. Нифай обладала прекрасным слухом.

– Крал! – снова позвала она, но ветер заглушил ее.

Вдруг, словно в ответ, впереди мелькнул огонек. Сначала Ни'лан подумала, что они сделали круг в лесу и это свет в домике дяди Бола. Но нет, они ушли далеко. Она выпрямилась в седле и вгляделась вперед, но все застилала пелена дождя. Свет, мягкое лазурное сияние, перемещался вверх и вниз. Быть может, кто то ищет их? Крал?

Ни'лан прикоснулась ладонью к стволу дерева, сосредоточилась и прикрыла глаза. Она мысленно проникла сквозь жесткую кору внутрь, в сердце дерева, в корни, переплетенные с корнями других деревьев, и тихонько запела песню нифай, вопрошающую песню. Кто там впереди, друг или враг? Но в ответ услышала лишь раздраженный ропот. Какие бестолковые корни у здешних деревьев, спят ночью, как люди. Она с горечью вспомнила симфонию, которая когда то звучала для нее в родном лесу. И все же один, едва слышный, ответ донесся до Ни'лан: «Элв'ин».

Она так удивилась, что пальцы соскользнули с коры. «Не может быть, это просто старый кошмар», – подумала она. Эти деревья заблудились в далеком прошлом. Народ элв'инов давным давно покинул эти края. Они ушли столетия назад, уплыли на своих парусных кораблях за Великий Западный океан в далекие земли, из которых так и не вернулись.

И все же мысль о древнем народе вызвала тревогу в груди у Ни'лан, только одно упоминание этого проклятого имени устрашило и разгневало ее.

Ни'лан направила жеребца вперед. Стволы деревьев заслоняли от нее источник света, таинственно мигающий впереди. Вдруг яркая вспышка молнии озарила все вокруг, и хлынул настоящий ливень. Свечение померкло. Ни'лан остановила лошадь и, осмотревшись, прислушалась, она потеряла направление к источнику света. Вскоре ее догнал Рокингем:

– Мне это не нравится. Нам нужно убираться отсюда подальше. Кто знает, какие звери бродят по лесу в такую ночь.

Ни'лан сердито подняла руку:

– Тихо!

Ей показалось, что хрустнул сучок.

– Что так?.. – Рокингем так и не сумел закончить свой вопрос, чья то большая рука закрыла ему рот.

Ни'лан резко обернулась и увидела огромную фигуру, стащившую пленника с лошади. Нифай моментально выхватила нож. Тот, кто сбросил солдата на землю, находился по другую сторону лошади, и она не могла его разглядеть.

Краем глаза Ни'лан заметила, что сияние вновь возникло справа, дальше в лесу. Неожиданно над холкой кобылы возникло лицо. Она узнала густую бороду и грубые черты.

– Крал? – тихо спросила она.

– Вниз, – прошептал горец, жестом показывая Ни'лан, что ей следует спешиться.

Ни'лан соскользнула на землю и быстро подошла к Кралу и Рокингему. Солдат потирал шею, его глаза сузились от злости.

– Стреножь лошадей, – прошептал горец на ухо Ни'лан.

– Зачем?

Он показал в сторону света:

– Лошади привлекают внимание. Вы вдвоем так шумели, что вас заметил бы даже оглохший горный кот. А если мы пойдем пешком, буря скроет наш запах и следы.

– Но кто там?

– Я… не уверен. – Горец быстро отвернулся. – Но в такую кошмарную ночь нужно соблюдать осторожность.

Ни'лан нахмурилась. Крал вел себя странно, но рассуждал вполне разумно.

– Я никуда не пойду, – заявил Рокингем, широко расставив ноги.

– Ты прав, – сказал Крал, схватил пленника за запястья и быстро связал их веревкой. – Ты останешься здесь с лошадьми.

Затем перекинул веревку через высокую ветку зимнего дуба и натянул ее. Через мгновение Рокингем уже стоял на цыпочках с поднятыми вверх руками. Крал завязал веревку вокруг ствола дерева. Рокингем начал было протестовать, но Крал засунул ему в рот кляп, завершив дискуссию.

– Зачем ты это сделал? – спросила Ни'лан, удивленная грубостью горца. – До сих пор он не доставлял нам неприятностей.

– А скал'тумы? – осведомился Крал. – Как они нас нашли?

Ни'лан не нашла, что возразить на это.

– Пойдем, скоро встанет солнце, – сказал горец. – Я возвращаюсь к дому, чтобы избавить долину от этих чудовищ, одного мне уже удалось прикончить. Но прежде хочу выяснить, кто еще бродит по ночному лесу в такую непогоду.

Ни'лан хотела рассказать Кралу о том, что ей сказали голоса деревьев, но поведение горца заставило оставить свои тревоги при себе. Да и зачем вообще говорить об элв'инах, существах из древних легенд.

– Будет лучше, если и ты останешься с лошадьми, – сказал Крал.

– Нет. – Ответ сорвался с ее языка прежде, чем она успела подумать. К тому же Ни'лан не хотела снова разыскивать горца. – Я пойду с тобой.

Крал хотел возразить, но передумал, лишь пожал плечами и отвернулся. Он зашагал вперед, а женщина поспешила следом за его широкой спиной. Несмотря на свою массивность, Крал двигался почти бесшумно. Казалось, он парит над землей. Уверенно и быстро, сжимая в руке топор, он приближался к источнику таинственного света. Даже Ни'лан, лесному существу, пришлось спешить, чтобы не отстать от горца. К тому же ей мешали порывы ветра и потоки воды, а от тела Крала они отлетали, как от скалы.

Они шли молча, но в голове Ни'лан металось множество тревожных мыслей. Даже после страшной схватки со скал'тумом в городе Крал был уставшим, но совершенно спокойным. А теперь в его словах чувствовалось раздражение, он вел себя агрессивно и жестко. Даже его плечи казались напряженными, словно выкованными из железа.

Если бы не странности в поведении Крала, она бы осталась с Рокингемом и лошадьми и не дала бы связать его, как животное. Но нахмуренные брови над запавшими глазами Крала испугали Ни'лан – она боялась не за себя, а за тех, кто окажется на пути горца. Этой ночью встреча с горой мышц и топором могла для кого то закончиться очень плохо.

Ни'лан поравнялась с Кралом – теперь между ними и источником света оставалось всего несколько стволов деревьев. Тот, кто светил в жуткой ночи, не заслужил проявлений слепой ярости. Ни'лан опередила великана, она хотела сначала выяснить, потребуется ли сейчас его топор. Нифай побежала вперед, бесшумно ступая легкими ногами по листьям и сучкам. Лес был частью ее природы. За спиной послышалось недовольное ворчание Крала. По ее губам промелькнула быстрая улыбка, но вот наконец женщина миновала последние деревья и увидела источник света…

Нет! Не может быть! Она мгновенно впала в ярость, в руке появился нож. Ни'лан вбежала в круг света.

Высокий стройный мужчина, одетый в тонкую белую тунику, заправленную в свободные зеленые штаны, был вдвое выше и легче нифай, он повернул голову на длинной шее и посмотрел на нее. На его высоко поднятой руке сидел источник света – птица, испускавшая яркое лазурное сияние. Она забила крыльями, и свет разгорелся еще ярче. Это был лунный сокол!

Сокол открыл клюв и издал хриплый крик.

Нифай с яростным воплем бросилась на врага, высоко подняв кинжал.

– Ни'лан, не надо! – закричал горец позади.

Но она уже ничего не слышала. Элв'ин должен умереть!


Эр'рил отодвинул Элену себе за спину и, обнажив меч, вгляделся в темный туннель. К ним двигались шипящие черные существа. Бол стоял рядом с девушкой, высоко подняв лампу, и ее свет озарял всех троих. За спиной находилась пропасть – отступление означало другую смерть, более верную.

– Я не понимаю, – пробормотал Бол за спиной Эр'рила. – В тех редких случаях, когда мне встречались каменные гоблины, я с легкостью от них убегал. И они никогда меня не преследовали.

– Возможно, они осмелели, – сказал Эр'рил.

Несколько существ приблизились к краю освещенного пространства. Казалось, сияние лампы, словно магический щит, не пускает их ближе.

Одна из тварей отошла от своих соплеменников и осторожно направилась к ним. Но остановилась, не входя в круг света, опасаясь покидать спасительный мрак. Эр'рил разглядел красные глаза и мелкие клыки и почувствовал, как у него на затылке зашевелились волосы. Притаившиеся в темноте существа напомнили ему детские кошмары, когда он прятался под одеялом, а дом поскрипывал в ночи.

– Они не станут долго ждать, – сказал Эр'рил. – У тебя есть оружие, Бол?

– Нет, только свет.

Старик шагнул вперед, выставив перед собой лампу.

Неожиданное движение застало осмелевшего гоблина врасплох. Он оказался в ярком свете, и они увидели, что существо невеликого роста – по пояс взрослого человека. Его кожа, казавшаяся черной в тени, оказалась чешуйчато белой, как брюхо мертвой рыбы. Поверхность ее блестела от какого то отвратительного на вид масла. Огромные красные глаза, не мигая, смотрели на них. Затем гоблин пронзительно зашипел, обнажив клыки гадюки, и отступил на пару шагов. Длинный хвост с черным шипом на конце угрожающе подрагивал за спиной.

Эр'рил нахмурился, но вовсе не из за мерзкого существа, избегающего света, а от того, что он увидел благодаря переместившейся вперед лампе, – туннель за смельчаком был забит шевелящейся массой. Даже со стен и потолка туннеля свисали гоблины, цепляющиеся за неровности камня.

Гоблин смельчак не выдержал испытания светом и отбежал в темноту. Его соплеменники также слегка отступили, но не более чем на несколько шагов.

– Что ты про них знаешь? – спросил Эр'рил у Бола. – Мой меч не сможет проложить дорогу через такую массу. Или попробуем использовать магию ведьмы? – Воин с ноткой сожаления обратился к девушке, спрятавшейся за спиной Бола.

– Нет, Элена пуста. Как и магам мужчинам, ей необходимо солнце, чтобы возобновить запасы энергии. Она сейчас нам не поможет.

– А с гоблинами нельзя договориться?

– Я не знаю. Это пугливые создания и редко вступают в контакт с другими племенами.

– А что известно о судьбе этих других?

– Потом находили их тщательно обглоданные черепа и кости.

Эр'рил смотрел, как гоблины снова начали осторожно приближаться к ним. Он знаком показал, что Элене следует встать возле стены, а Бола поставил перед ней. Воину нужно было место для маневра. Он приподнял свой клинок.

Воин наблюдал за гоблинами, ожидая, когда они наберутся смелости для атаки. Но пещерные жители оставались на месте, не переходя границы круга света. Гоблины не хотели отпускать чужаков, но и нападать не спешили.

– Что они делают? – спросила Элена из за спины дяди.

Ее голос прозвучал на удивление спокойно. Возможно, она была слишком наивной и не понимала, что им грозит.

– Я не знаю, милая, – ответил Бол, – но нам лучше вести себя тихо.

Между тем среди гоблинов началось волнение. Шум возник у дальней стены и вскоре докатился до людей – яростное шипение, сопровождающееся прищелкиванием языков.

Эр'рил напрягся. Держа меч наготове, он внимательно следил за противником.

Неожиданно другой гоблин отделился от толпы и вошел в круг света. Как и его предшественник, он смотрел на Эр'рила огромными красными глазами, а хвост понемногу приближался к воину. В его маленьких руках был какой то предмет, блеснувший в свете лампы. Гоблин шагнул вперед и протянул к Эр'рилу руки, словно предлагая этот предмет взять. Эр'рил отступил на шаг и поднял меч, направив его острие на существо.

Остальные гоблины подошли ближе, но шипеть перестали и вели себя неагрессивно. Стоявший перед Эр'рилом разжал длинные пальцы – на ладонях лежал большой кусок металла, гоблин мог удерживать его только двумя руками.

Эр'рил ахнул. В свете лампы металл сиял, словно золото. Однако он знал, что это такое и что это вовсе не золото, а железо, полученное из крови тысяч магов. Эр'рил спрятал его среди развалин древней школы более столетия назад, чтобы он не попал в руки бродяг и воров.

Охранный амулет А'лоа Глен!

Ошеломленный, Эр'рил немного расслабился. Гоблин с амулетом в руках бросился вперед, но не на Эр'рила, а в сторону пропасти. Он успел проскочить мимо и остановился только у самого края, оглядываясь через плечо.

– Нет! – закричал Эр'рил, бросил свой меч и метнулся к гоблину.

Амулет нельзя потерять! Но воин двигался слишком медленно. Гоблин прыгнул в черную пропасть, сжимая в руках ключ от потерянного города.

Эр'рил подскочил к краю и упал на колени, стараясь хоть что нибудь разглядеть во мраке бездны. Но тщетно, мрак был абсолютным.

– Принесите свет! – скомандовал он.

– Смотрите, они уходят, – сказал Бол.

Эр'рил оглянулся. Каменные гоблины один за другим скрывались в темноте туннеля. Что ж, одной угрозой меньше. Воин вновь повернулся к пропасти.

– Посвети сюда быстрее!

– Зачем? Нужно уходить. Теперь мы можем выйти на поверхность, – сказал Бол, подходя к краю пропасти.

– Опусти лампу ниже, пожалуйста, – попросил Эр'рил.

Бол вздохнул и опустил лампу. Тут же отступил мрак, и они увидели, что вниз уходят ступени лестницы, грубо высеченные в скале, гоблин энергично скакал по ним вниз. И вскоре скрылся из виду.

– Нам необходимо поймать эту маленькую жабу, – сказал Эр'рил, встал на ноги и подобрал брошенный меч.

– Зачем он нам? Пусть убегает. Нам нужно доставить Элену в безопасное место.

Эр'рил засунул меч в ножны.

– Если мы хотим добраться до А'лоа Глен и отыскать Кровавый Дневник, мы должны забрать у гоблина то, что он нам показал. Это ключ, открывающий путь в потерянный город. Без него древние заклинания, закрывающие доступ в А'лоа Глен, невозможно преодолеть.

Бол нахмурился.

– Но как они нашли его? И зачем он нам его показал, а потом сбежал?

– Нас сюда направили. – Элена показала на опустевший туннель. – А после того как мы увидели амулет, нас уже не нужно подталкивать. Они понимают, что мы сами отправимся за ключом к А'лоа Глен.

Элена посмотрела вниз:

– Куда мы пойдем?

Эр'рил шагнул вниз по ступеням и ответил:

– За гоблином.


Крал бросился вслед за Ни'лан. Что могло вызвать ярость в такой спокойной женщине? Потоки дождя заливали маленькую поляну между деревьями. Там стоял мужчина, почти такой же высокий, как Крал, только худой, словно побитый ветром росток, и недоуменно, слегка поджав губы, смотрел на Ни'лан, как будто спрашивая: зачем эта женщина бежит к нему с поднятым кинжалом? Его волосы, заплетенные в длинную косу, отливали серебром, но это был естественный цвет, а не седина от возраста – гладкая кожа лица говорила об этом. Однако по взгляду голубых глаз было видно, что время давно унесло юношеские страхи и способность удивляться. В них была скука.

Единственным источником света на поляне была птица – от сокола волнами исходили лазурные лучи. Сидящий на костлявой руке хозяина сокол продолжал издавать пронзительные звуки, словно передразнивал Ни'лан, которая не могла сдержать свою ярость.

Порыв ветра бросил в глаза Крала дождевые капли, на мгновение ослепив его. Горец моргнул. И за этот миг птица исчезла с запястья незнакомца. Словно молния, она мгновенно подлетела к Ни'лан и выбила кинжал из ее руки. Женщина даже не успела замедлить бег, а сокол уже вернулся на прежнее место.

Только теперь Ни'лан остановилась, пряди мокрых волос прилипли к ее лицу.

– Уходи, это не твоя земля! – закричала она так пронзительно, что даже удар грома не смог заглушить ее голос. – Вам здесь нечего делать.

К этому моменту подоспел Крал и положил руку ей на плечо. Он не знал, кто перед ними, но доверял инстинктам Ни'лан, а потому был готов поддержать спутницу. Он ощущал, как под ладонью дрожит плечо маленькой женщины.

– Кто этот человек? Ты его знаешь?

Ни'лан немного успокоилась, перестала дрожать и заговорила:

– Нет, не знаю. Но знакома с его народом – элв'ины!

Последним словом она буквально плюнула в незнакомца.

Тот сохранял равнодушное спокойствие, как если бы не слышал, что сказала женщина. Крал напрягся, когда элв'ин неожиданно пошевелился, но он всего лишь погладил свою птицу. Казалось, это успокоило сокола, и он перестал кричать и вертеть головой.

– Я не слышал об этом клане, – шепотом сказал горец, он и сам не понимал, почему говорит тихо.

– Ты и не мог слышать. Еще задолго до того, как в этих землях появились люди, элв'ины были мифом, давно исчезнувшим народом в туманах Великого Западного океана.

– Так откуда ты их знаешь?

– У деревьев долгая память. Древнейшие великие деревья были еще молоды, когда элв'ины разгуливали под их ветвями в лесах Западных Пределов. Наши последние благословенные деревья все еще поют о тех временах: но это песни войны и… предательства.

– Они больше не поют, – заговорил незнакомец.

Его голос был подобен звону колокольчиков. Слегка наклонив голову, он наблюдал за птицей.

– Из за вас! – Ни'лан вновь задрожала. – Вы нас предали! – На ее глазах появились слезы.

Он пожал плечами:

– Нет, вы сами себя уничтожили.

Впервые в голубых глазах незнакомца мелькнула искорка гнева – легкое облачко на летнем ясном небе. Наконец он обратил тонкое белое лицо с высокими скулами к Ни'лан и Кралу.

Крал сжал плечо Ни'лан, пытаясь умерить клокочущую в ней ярость. Прикосновение к ее телу позволило горцу определить, что Ни'лан сказала правду. Она искренне верила в свои обвинения. Однако у Крала сложилось впечатление, что и незнакомец не лжет. Элв'ин не сомневался в невиновности своего народа.

Крал решил разрядить напряженное молчание. Бушующие стихии бледнели перед страстями, кипевшими на маленькой поляне.

– Я вас не понимаю. Какая кошка пробежала между вашими народами? – спросил он.

Ни'лан повернулась к горцу:

– Много лет назад живые деревья моей родины, коа'коны, повсюду росли на этой земле, от самых Зубов до Великого Западного океана. Наш народ почитали, как дух корней и почвы. И мы охотно делились нашими дарами.

Незнакомец фыркнул:

– Вы правили так, словно другие народы были лишь инструментами, помогавшими быстрее расти вашим драгоценным деревьям. Ваше правление стало скрытой тиранией.

– Ложь!

– Поначалу даже мы не понимали, каким противоестественным было ваше распространение по земле. Мы помогали вам, используя умение обращаться с ветрами и светом, чтобы ускорить рост ваших деревьев. Но потом от ветров, живущих на больших высотах, мы узнали о том, какой вред ваша цивилизация наносила земле – осушались болота, отводились реки, рушились горы. Прекрасное разнообразие жизни сменялось единообразием леса. Тогда мы перестали вам помогать и попытались образумить ваших старейшин. Однако нас начали оскорблять, а потом и вовсе изгнали из наших земель.

– Но прежде вы успели нас проклясть! Ваши ветры несли болезни, наши корни и листья начали гнить. Деревья стали умирать повсюду, пока не осталась лишь одна маленькая долина, защищенная новой магией человеческой расы. Вы нас уничтожили.

– Нет, никогда! Мы считаем драгоценной любую жизнь, даже вашу. Вовсе не мы прокляли ваши деревья и принесли болезни, то был ответ самой земли. Природа начала с вами бороться, чтобы сохранить равновесие. Сама земля вас отвергла. Не надо винить в этом наш народ.

Крал увидел, как широко раскрылись глаза Ни'лан: ярость боролась с доводами разума.

– Ты лжешь, – сказала она неуверенно и повернулась к Кралу: – Он ведь лжет?

Крал отрицательно покачал головой:

– Я чувствую, что он верит в то, что говорит. Однако из этого не следует, что это правда.

Ни'лан поднесла ладони к вискам, словно хотела избавиться от сомнений, поселившихся у нее в голове.

– Зачем? Зачем вы вернулись?

– Когда нас изгнали, вашими старейшинами на этих землях были поставлены магические щиты, которые не позволяли нам приблизиться к этим берегам. Но после смерти большей части деревьев магия ослабела и тропы открылись вновь. Вот почему меня послали сюда.

– Зачем? – спросил Крал.

– Чтобы вернуть то, что нас вынудили здесь оставить, то, что мы потеряли.

– И о чем же речь? – спросила Ни'лан. – Мы у вас ничего не забирали.

– О нет, ты ошибаешься. Вы спрятали это здесь, в долине, которую до сих пор называют Зимний Айри.

Крал и Ни'лан в один голос спросили:

– Так что же это?

Элв'ин поднял сокола высоко вверх:

– Ищи то, что мы потеряли.

Птица взлетела с руки потоком лунного света и взмыла над лесом.

– Ищи нашего короля.

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   28



Похожие:

Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Огонь ведьмы»
Моим родителям, Рональду и Мэри Энн, которые подарили мне дом и целый мир, чтобы я мог реализовать свои мечты
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Буря ведьмы»
Моим самым верным и ярым сторонникам, братьям и сестрам (да, я назову их поименно)
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс «Война ведьмы»
Никто не пишет в безвоздушном пространстве. И я не исключение. Мой роман никогда бы не вышел в свет без огромной помощи друзей, коллег...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс Звезда ведьмы
Таинственная Книга, созданная последними магами Света в грозный час, когда королевство Аласия рушилось под натиском сил Тьмы, нашла...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжеймс Клеменс Дар сгоревшего бога
...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconКак вы планируете зарабатывать?
В их действиях нет ни порядка, ни плана, но они надеются заработать много денег. В то время как я ярый сторонник подхода: «Готовься...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconОчищающий огонь
Земле. Огонь не только сам чист, но и очищает все другие Благие творения, в том числе и человека. Поэтому в храмах всегда горит огонь....
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconПятьдесят оттенков серого (Fifty Shades of Grey)
Э. Л. Джеймс, которая сделала автора знаменитой и побила все рекорды продаж: 15 миллионов экземпляров за три месяца. По мнению Лисс...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconЖозеф Анри Рони-старший Борьба за огонь Борьба за огонь – 1
В непроглядную ночь бежали уламры, обезумев от страданий и усталости; все их усилия были тщетны перед постигшим их несчастьем: огонь...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжон Апдайк Иствикские ведьмы
Иствикские ведьмы». Произведение, которое легло в основу оскароносного фильма с Джеком Николсоном в главной роли, великолепного мюзикла,...
Джеймс Клеменс «Огонь ведьмы» iconДжон Апдайк Иствикские ведьмы Джон апдайк иствикские ведьмы
И вот, покончив с наставлениями, дьявол сошел с кафедры и заставил всех присутствующих подойти и поцеловать его в задницу. Она была...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы