Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога icon

Джеймс Клеменс Дар сгоревшего бога


НазваниеДжеймс Клеменс Дар сгоревшего бога
страница2/56
Дата публикации01.06.2013
Размер6.61 Mb.
ТипСочинение
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   56


Хотя здешние стражники, по правде говоря, ни разу не давали ему повода для неловкости. Вопреки устрашающему внешнему виду, они были довольно добродушны.

К тому же они хорошо знали Бранта. Стоило ему появиться, как гигантские топоры опустились и железная перекладина с дороги была убрана.

— Не свезло? — пробасил, глядя на его пустые руки, один из стражей, рыжий, косматый, по имени Малфумалбайн. Имена у великанов обычно отличались длиной, под стать их росту.

Брант снял с плеча лук.

— Зима долгая, — ответил он извиняющимся тоном. Мальчик частенько делился со стражниками своей добычей. За пребывание на этом холодном посту получали они мало и радовались всякому даровому кусочку.

Малфумалбайн чертыхнулся себе под нос. Не Бранта обругал, но истинность им сказанного. И глубже запахнул тулуп, подбитый кроличьим мехом.

Второй стражник, его брат Дралмарфиллнир, только хмыкнул и хлопнул Бранта по плечу.

— Кончится зима, мастер Брант. Скоро Мал будет клясть жару и духоту.

— Пшел в задницу, Драл! Сам вечно скулишь из-за ветра.

Драл распахнул перед Брантом дверь.

— Так ведь ходить до ветру надо, Мал. Только рассупонишься, он лезет в штаны и морозит яйца. Поди потом отогрей такое великое хозяйство, как мое.

— У меня не меньше, братец, — ответил Мал. — Мы ж близнецы. Сколь тебе дал отец, столь и мне.

Брант шагнул внутрь полой Кости. И, прежде чем за ним закрылась дверь, услышал последние слова Драла:

— Не всего, Мал, не всего.

Железная перекладина со скрежетом легла на место, заградив выход.

Брант покачал головой, провел рукой над каменным столбиком, торчавшим в центре. В тот же миг пол под его ногами дрогнул и, движимый напором воды, заскользил меж гладко отполированных стен вверх.

Водяной столб, питаемый Милостью, повлек Бранта к кастильону. Опоры-Кости поддерживали четыре крыла обители лорда Джессапа, а на нижний уровень подняться можно было по лестницам и мостам.

Возносясь, Брант отсчитывал про себя уровни. Кастильон, занесенный снегом, находился на тридцать третьем. И, приблизившись к нему, мальчик утвердился на ногах покрепче. Вскинул голову. Увидел несущийся вниз потолок и стальные копья, направленные на подъемник. Дополнительную защиту от непрошеных гостей. Не прекратись подъем вовремя — и конец.

Брант, как всегда, невольно пригнул голову. Но жизнь его пощадили. Подъемник остановился, дверь открыл еще один земляной великан — немой.

Он суровым кивком разрешил Бранту выйти.

— Благодарю, Гристаллатум, — кивнул Брант в ответ. Он уже знал, что называть великана сокращенным именем дозволено только другому великану. И то обоим лучше быть при этом друзьями.

Стражник отступил, распахнул перед ним дверь в главную башню — Высокое крыло кастильона, западное, в котором обитали восемь Дланей Ольденбрука. Брант вошел в просторный коридор, где по одну сторону, в стене, обращенной к озеру, традиционно располагались окна. Двери с другой стороны вели в покои Дланей.

По тканому ковру, украшавшему коридор, Брант торопливо зашагал в дальний конец. Как Длани крови, ему отведено было место возле покоев самого лорда Джессапа, находившихся в центре кастильона и четырех его крыльев. Там, перед широкими двустворчатыми дверями, высился огромный железный очаг для выжигания порченой Милости из камня, стали и одежды.

Ничего и никого больше в коридоре не было.

Где же все?

Словно бы в ответ, одна из дверей отворилась. Из нее вышла высокая стройная женщина в серебристом наряде. Лианнора, госпожа слез. Одна из восьми Дланей, отвечавших за благословенные гуморы лорда Джессапа: кровь, семя, пот, слезы, слюну, мокроту и обе желчи, желтую и черную. Долгом Длани было собирать и сохранять назначенный ей гумор, изобилующий могущественной божьей Милостью.

Долг этот был редкой честью. И Лианнора считала, что Брант ее не заслуживает. Она загородила ему дорогу — белая как снег, с распущенными длинными волосами, похожими на льдистый водопад. Олицетворение зимнего Ольденбрука. Даже глаза — голубые — в цвет черепице городских крыш.

— Мастер Брант, — она окинула цепким взглядом его охотничий костюм и мокрые сапоги, — вы что, не слышали?

— Чего именно? Я только вернулся.

Она выгнула бровь.

— Ах да… слонялись по лесу. — Неодобрение повисло в воздухе, как грозовое облако.

Брант двинулся дальше, и она поспешила следом.

— Всем велено собраться в приемных покоях лорда Джессапа. Прибыли важные гости.

— ИзТашижана. — Брант вспомнил подлетавший флиппер.

— Так, значит, слышали? — Голос ее сделался еще холоднее. Если такое, конечно, было возможно.

— Я видел корабль с флагом Ташижана, когда подходил к городу, — торопливо объяснил он, изо всех сил стараясь не показаться грубым.

— А, — сказала Лианнора, которая, судя по всему, нисколько не смягчилась.

Брант наконец дошел до своей двери и открыл ее, радуясь возможности сбежать. Здесь он никогда не чувствовал себя на месте. До него Дланью крови был почтенный старичок, всеми уважаемый и любимый. Сам же он, казалось, совершенно не подходил для столь высокой должности — еще очень молод для того, чтобы заслуживать уважения, чересчур замкнут и слишком смугл по сравнению с белокожими обитателями этого края.

— Куда вы? — спросила Лианнора.

Брант остановился.

— Умыться и переодеться.

— Нет времени, и так опаздываем. Гости уже здесь. Идите как есть. — Она пренебрежительно махнула рукой. — Мало кого удивите…

Лианнора не договорила, но Брант понял. Чего и ждать от дикаря из Восьмой земли?..

Он покорно отправился за ней. Но не успели они подойти к двустворчатой двери, как одна из створок приоткрылась и в коридор выскользнул невысокий человек в коротком черном плаще и черных сапогах. Лицо его скрывали капюшон и масклин.

Он что-то говорил на ходу, тихо, но сердито. Брант, чей слух был отточен годами охоты, уловил странное словечко:

— Щен!..

Тут человечек заметил их, умолк и выпрямился. Из-под капюшона блеснули глаза, метнулись с Лианноры на Бранта, вильнули в сторону. Затем одарили Бранта еще одним коротким взглядом и спрятались, но тот успел заметить мелькнувшее в них удивление.

— Простите, — пискнул голосок, выдавая в своем обладателе женщину. Вернее, даже девочку. — Я не хотела помешать.

Гостья из Ташижана — понял Брант, успевший еще и разглядеть вытатуированные на ее лице черные полоски, идущие зигзагом от уголка глаза к уху. По одной с каждой стороны. Всего лишь паж. Оруженосцев отмечали две полоски, а рыцарей — три. И плащ на девочке был обыкновенный, не осененный Милостью, какие носили настоящие рыцари теней.

— Ничего страшного, — с удивительной теплотой, почти льстиво ответила Лианнора. — Мы только рады приветствовать служителя Ташижана.

— Я вышла оглядеться.

— Конечно, — сказала Лианнора. — И для нас будет честью сопроводить вас в приемные покои, где ждут остальные.

Девочка-паж поклонилась и попятилась к двери.

— Это… это честь для меня, — пролепетала она, но, судя по виду, больше всего ей хотелось убежать и спрятаться.

Лианнора шагнула вперед. С небывалым дружелюбием приобняла девочку за плечи.

— Я слышала, что аудиенции у лорда Джессапа просит сама смотрительница Вейл. Вот уж воистину честь — столь высокопоставленная особа навестила Ольденбрук! Я и представить не могу, что послужило причиной для этого редкостного визита.

Воцарилось неловкое молчание.

Лианнора явно пыталась выведать что-нибудь у пажа, на случай, если на приеме не все будет сказано открыто.

Но девочка сдаваться не собиралась. И даже отступила от Лианноры, мягко, чтобы не обидеть, однако дав понять, что ее старания напрасны.

Брант спрятал улыбку. Он вдруг проникся к гостье глубокой симпатией. Припомнил ее второй, удивленный взгляд, брошенный на него, и задумался. В тот миг он решил, что ее поразил его невзрачный, скромный наряд. Но теперь был уверен: для нее такие вещи ничего не значат.

Что же тогда ее озадачило?

Втроем они вошли в двустворчатые двери, миновали короткий изогнутый коридор и оказались перед входом в приемные покои лорда Джессапа. Дверь была открыта, и из-за нее доносились веселые, непринужденно беседующие голоса.

Переступив порог, Брант увидел среди знакомых лиц — нарядных, украсившихся драгоценностями Дланей Джессапа — пять человек, одетых в черное. Рыцари Ташижана.

Близ центра комнаты стояла главная гостья. На шее ее сверкала подвеска — отличительный знак смотрителя Ташижана, второго по значимости представителя великой цитадели после самого старосты.

Брант не сводил с нее глаз. Смотрительница Катрин Вей л сыграла важную роль в освобождении Чризмферри от завладевшего этим царством демона. И мало кто в Мириллии не знал ее истории — как и истории ее прежнего возлюбленного Тилара сира Ноха, прозванного богоубийцей, ныне регента Чризмферри.

Она посмотрела на вошедших. И глаза над масклином при виде пажа полыхнули огненными агатами. Девочка тут же поспешила к ней.

Паж самой смотрительницы. Теперь понятна ее стойкость перед назойливостью Лианноры. Закалка, которую она должна была пройти, здешней Длани слез и не снилась.

Подойдя к смотрительнице, девочка оглянулась на них. Нет… на него. И снова отвернулась.

И тут он понял наконец, чем было вызвано удивление в ее васильковых глазах.

Она его узнала.

И в тот же миг узнал и он. Из-под капюшона, когда она отвернулась, выбился золотистый локон. Этот локон был ему знаком.

Ослепленный внезапно вспыхнувшим воспоминанием, он нечаянно налетел на Лианнору. Та полоснула его взглядом, как кинжалом, и поспешила отойти, словно боясь замарать себя таким соседством.

А Брант впился глазами в девочку. Он вспомнил вечер избрания — когда оракул Джессапа вложил камушек в его ладонь и объявил его новой Дланью крови. Чуть раньше, пока ждали начала церемонии, Брант заступился в зале под Высокой часовней за девочку, над которой насмехались другие ученики.

Она-то и скрывалась теперь под черным плащом.

Как и Бранта, ее избрали в тот вечер Дланью крови. Она должна была служить одержимому демоном Чризму. Но после сражения с ним — битвы при Мирровой чаще — она исчезла. Мало кто заметил это в ночь, когда убивали бога.

И вот она перед ним.

Живая.

Девочка по имени Дарт.

Почти четверть колокола Брант таился в тени собравшихся, незаметно перебираясь от стены к стене. Выглядывал то изза спины оживленно щебечущей Длани, то из-за рыцарского плеча. Близко подходить не хотел, предпочитая наблюдать за пажом смотрительницы издали.

Что она здесь делает?

Ответа на свой вопрос он так и не нашел… Раздался долгожданный звон гонга. Разговоры умолкли, все глаза обратились к распахнувшейся двери в конце комнаты.

В приемные покои вошел лорд Джессап, бог Ольденбрука. Одетый, по своему обыкновению, в незамысловатый наряд, какой носили рыбаки, бороздившие великое озеро. На нем были мешковатые черные штаны, заправленные в сапоги из мягкой выбеленной кожи, широкая белая куртка с капюшоном и синяя бархатная шапочка.

Единственным его украшением служила сапфировая подвеска, преподнесенная лорду Джессапу в незапамятные времена, вскоре после основания царства. Самоцвет нашла жена рыбака, когда потрошила рыбу, гигантскую донную сельдь, которая водилась в самых глубинах Ольденбрукского озера. Драгоценный голубой камень точь-в-точь совпадал по цвету с озером, и все сразу поняли, что это счастливое предзнаменование. Так озеро приветствовало нового защитника и бога. И лорд Джессап берег его дар не меньше, чем свой народ и свою землю.

Он неторопливо шел по комнате, и сапфир мерцал отражением его сияющей Милости, как лунный свет на тихих водах. Дойдя до высокого кресла в центре, лорд Джессап уселся на подушки.

Все Длани бога, и Брант в том числе, опустились на одно колено.

Посланцы Ташижана во главе с Катрин Вейл приветствовали его глубоким поклоном.

Лорд Джессап жестом велел всем встать.

— Добро пожаловать, Катрин сир Вейл, смотрительница Ташижана, магистр ордена рыцарей теней, — сказал он официально. Затем голос его смягчился, на губах появилась усталая улыбка. — Это честь для нас — снова видеть вас в Ольденбруке.

— Благодарю, милорд, — вновь поклонилась смотрительница. Плащ отозвался переливом теней.

— Как долго мы не виделись?

— Пожалуй, лет шесть, милорд.

Отвечая, она сделала едва заметную паузу, голос слегка дрогнул. Брант понял, что тема эта для нее щекотливая, болезненная и лучше бы ее не касаться. Когда-то Катрин сир Вейл была помолвлена с Тиларом сиром Нохом, рыцарем теней, служившим прежде лорду Джессапу. Об этом знали все в Ольденбруке. Поэты и поныне тщились поведать миру при помощи струнных переборов сию трагическую историю — о Тиларе сире Нохе, рыцаре, потерявшем и плащ теней, и любовь. Сперва любовник, потом убийца, лишенный звания рыцарь, раб… он стал в конце концов богоубийцей и даже регентом Чризмферри.

Героиня печальной баллады, которая все еще оставалась незаконченной, сейчас стояла здесь. Невеста Тилара, его возлюбленная. Осудившая его на муки собственным свидетельством, равно проклятая, ушедшая в добровольное затворничество. Поговаривали даже, что она выкинула недоношенное дитя, к вящему своему горю и скорби. Но и ее вознесло колесо Фортуны, и теперь она стала смотрительницей Ташижана.

Но разве так кончаются песни? Он — в Чризмферри, она — в Ташижане. Баллада по-прежнему ждала финальных строф и аккордов.

Однако лорд Джессап вряд ли думал о таких мелочах.

— Приятно, что вы снова здесь, — сказал он. — Но что заставило вас так торопиться к нам из цитадели?

— Свирепый ураган, который надвигается с севера. Из Туманного Дола и Пяти Рукавов прилетели вороны с вестью об ужаснейшей буре, каких не бывало и зимой, с обильным снегопадом и штормовыми ветрами. Леса Туманного Дола вымерзли, стволы деревьев полопались. Реки Пяти Рукавов заледенели до самого моря, суда встали, все перевозки прекращены. Стужа движется на юг.

— Я слышал боль воды, — сказал лорд Джессап. — Вы торопились только поэтому?

— Еще и по приказу старосты Фи лдса. — Голос ее зазвучал тверже. — Велением его я призвана лично посетить всех богов Первой земли и объявить о предстоящей церемонии, целью которой является устранение раскола в нашей земле.

— И что же это за церемония?

— Посвящение в рыцари.

Брови лорда Джессапа недоуменно сошлись у переносицы. Брант озадачился не меньше. Вручение плаща теней новоиспеченному рыцарю — самый обычный ритуал, при коем присутствует бог, дабы благословить будущего слугу своей Милостью. К чему же по такому заурядному поводу столь выдающийся посланец?

Лицо лорда Джессапа вдруг разгладилось. Он понял.

— Рыцарь получает плащ? Осмелюсь предположить, речь идет о Тиларе сире Нохе, регенте Чризмферри?

Смотрительница Вейл склонила в знак подтверждения голову.

— Разве сир Нох еще не стал рыцарем? И не преклонял колен там, где сейчас стоите вы, когда я благословлял его плащ?

— Этот плащ был у него отнят, — напомнила смотрительница мученическим голосом. — Предстоящая церемония восстановит Тилара… сира Ноха в ордене рыцарей теней. Ему вернут плащ и меч с алмазом в рукояти, дабы подтвердить его звание. Староста Филдс просит всех богов Первой земли отправить по этому случаю в Ташижан высокое посольство.

Лорд Джессап сложил пальцы домиком, поднес их к лицу. И, подняв бровь, произнес:

— Устраняя таким образом раскол.

В этих нескольких словах Брант услышал многое. Церемония посвящения призвана была не только загладить прежнюю несправедливость. Она подразумевала куда более важные последствия. Толки о напряженных отношениях между Ташижаном и Чризмферри продолжались всю зиму. Поговаривали даже, будто староста Филдс, в своей беспощадной погоне за Тиларом после того, как лишенного звания рыцаря объявили богоубийцей, прибегал к темным Милостям. То была настоящая вражда между двумя самыми влиятельными людьми Первой земли. И больше так продолжаться не могло. От Первой земли вся Мириллия ждала помощи в установлении порядка и стабильности. И Ташижан, и Чризмферри вели свою историю от самого Размежевания, когда боги только появились в Мириллии и положили конец варварству в Девяти землях.

Раскол меж ними угрожал всему миру.

И предстоящий ритуал наверняка предназначался для того, чтобы снова объединить Ташижан и Чризмферри, пролить исцеляющий бальзам на незажившие раны. Богов же созывали, дабы засвидетельствовать и благословить сей союз.

Потому-то и сделали посланцем Катрин сир Вейл. Женщину, которая стояла в центре всего. Между двумя мужчинами, двумя твердынями, между прошлым и настоящим.

— Когда состоится церемония? — спросил лорд Джессап.

— В середине луны.

— Так скоро?

— Такова необходимость.

Лорд Джессап кивнул.

— Что ж, будем надеяться, что надвигающийся ураган — и в самом деле последний, предсмертный вздох этой бесконечной зимы.

Далее началось обсуждение малоинтересных вопросов, касавшихся торговых и иных неулаженных дел, и Брант отвлекся.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   56



Похожие:

Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconДжеймс Клеменс Дар сгоревшего бога
...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconПовчання Оптинських старців
Духа, йому відкривається воля Божа. Він отримує особливий дар направляти душі до спасіння і лікувати їх від пристрастей. Такий дар...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconДжеймс Клеменс «Буря ведьмы»
Моим самым верным и ярым сторонникам, братьям и сестрам (да, я назову их поименно)
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconДжеймс Клеменс «Огонь ведьмы»
Моим родителям, Рональду и Мэри Энн, которые подарили мне дом и целый мир, чтобы я мог реализовать свои мечты
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconДжеймс Клеменс «Война ведьмы»
Никто не пишет в безвоздушном пространстве. И я не исключение. Мой роман никогда бы не вышел в свет без огромной помощи друзей, коллег...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconДжеймс Клеменс Звезда ведьмы
Таинственная Книга, созданная последними магами Света в грозный час, когда королевство Аласия рушилось под натиском сил Тьмы, нашла...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconТема: Сознание как философская категория
Платон все идеи, душу считал источником мира. В средние века сознание и разум рассматривались как важнейшие атрибуты Бога, а поскольку...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconНовички, штурмом взявшие Голливуд
То есть человек из трущоб написал случайно идею к фильму, как в друг это идея оказалась на миллионы долларов! Опишите тех, у кого...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconСамые ценные слова на Весах деяний
Бога, и что Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) Посланник Бога. Это выражается словами "Ашхаду алля иляха илляллах...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconСекс-рабыня Джулия Джеймс Джулия Джеймс
Лео Макариос остановился в тени наверху лестницы и оттуда стал с интересом наблюдать за четырьмя отобранными Джастином девушками,...
Джеймс\nКлеменс\nДар\nсгоревшего\nбога iconБрак и душа человека истинный брак от бога – это Душа мужчина и Душа женщина. Женщина и мужчина в браке составляют одно целое. Половая любовь
Половая любовь это дар Господний для их полного воссоединения в благе и разуме
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы