Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги icon

Ольга Громыко Верные враги


НазваниеОльга Громыко Верные враги
страница1/51
Размер1.79 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   51


Ольга Громыко

Верные враги

Это — сказка, рассказанная зимней ночью. Веселое и грустное повествование о вражде и дружбе, магии и смекалке, благородстве и предательстве, любви и ненависти, между которыми один шаг по глубокому снегу. Это — кусочек белорской истории, не попавший в летопись, но воспетый в легендах. А что в ней ложь и что правда — пусть останется на совести автора…. 1.1 — Black Jack — правка форматирования книги. 1.2 — Trinki — частичная вычитка. 1.3 — Skif_WK  — исправлено несколько ошибок, добавлена карта Белории

.4 — примечания из скобок, форматирование двух стихотворений, некоторые исправления пунктуации и ошибок OCR, скрипты повторно — Isais.

Ольга ГРОМЫКО

^ ВЕРНЫЕ ВРАГИ

Автор сердечно благодарит педантичную Анну Полянскую, придирчивую Юлию Морозову, несравненную Ярославу Кузнецову, добросовестную Марину Гилёву и многострадальную Яну Бойченко, без чьего критиканского участия эта книга была бы иной или не была вообще.

Все претензии тоже к ним.

Глава 1

Безжалостны истории страницы,

Писать на них — удел не слабаков.

За каждой строчкой — чьи-то судьбы, лица,

Рев пламени, лязг стали, стук подков.

Но время — добрый друг и враг заклятый —

Неумолимо увлечет их в тень,

И станет для потомков просто «датой»

Кому-то жизнь перевернувший день.

И знали бы невольные герои,

Борясь, спасая, веря и любя,

Что, заполняя летописи кровью,

Ни капли не оставят для себя…

— А колдуна-то нашего прибили вчера, — невесть с чего сказал корчмарь, поочередно вытирая небрежно сполоснутые в бадейке кружки. День выдался серый, тоскливый — поздняя осень, всё никак не уступающая зиме; не хотелось горожанам ни пивка, ни жареной картошечки — надо сказать, скверно жаренной, на прогорклом жиру, — да и вообще не хотелось выходить в этот то ли дождь, то ли туман, висящий над городом с прошлой недели. С полдюжины человек только за столиками и сидело.

— Хм? — Я вежливо приподняла левую бровь. Болтать с корчмарем меня не тянуло, слушать тоже, но в «Волчьей пасти» я считалась завсегдатаем, соответственно пользовалась скидками, а за это терпеливо изображала приличную клиентку. Хорошее название, из-за него в первый раз и зашла. Корчма как корчма, не хуже и не лучше других. Над камином распялена волчья шкура с головой и вычервленной пастью, у всех девок на передниках рунический знак оборотня, сзади тряпкой болтается пришитый хвост. И чесночок со стрелолистом по стенам развешан на всякий случай — мало ли, вдруг нежить примет всё за чистую монету и кинется в корчму. Забавно.

— Наши и прибили, — охотно подхватил корчмарь, — народу-то вчера поболе сидело, к вечеру распогодилось чуток, вроде как и солнышко выглянуло, ну, людишки к ужину и подтянулись. И Старый Хряк был, и Щот-рыжий, и милсдарь Жолард изволил чарку винесского спросить. Девки, само собой, крутились. Ну и колдун. Чего, спрашивается, приперся? Сел у окна и взглядом дурным ведет, ровно не лошадь его везла, а сам добрый час под седлом скакал. Сидит и сидит, ничего не просит. Девки боятся подходить, друг на дружку кивают. Делать нечего, пошел сам. «Чего подать-то? — спрашиваю. — У нас тута забесплатно греться не принято». Гляжу — и впрямь какой-то пришибленный, ровно не понимает. В упор таращится. Потом сморгнул и говорит: «Мяса шмат принеси, да прожарь хорошенько».

Видно, успел где-то наколдоваться, рассеянно подумала я. Магия отнимала много сил, а лучше всего их восстанавливала животная пища и подогретое красное вино. Вина он не спросил, значит, хотел сохранить ясную голову.

— Ну, услал я мальчишку в подвал окорок пластать — жаркое-то кончилось, всё раскупили, а сам пиво разливаю. Шесть кружек наполнил, на поднос смахнул и Кветке велел нести. Глупая девка, но пригожая, — пояснил корчмарь, — и спереди и сзади подержаться есть за что. Как пошла по залу, все уставились: кто на зад, кто на перед, кто на пиво. Колдун тоже глянул, а дурында эта поскользнулась на ровном месте да так на пол и загремела, двух шагов не донесла. Пиво на клиентов вывернула, косорукая. Аккурат Корьке-хромому на штаны новые, он их как раз обмывал. Вот те и обмыл, хе-хе… Корьку-то помните? Мужик такой здоровенный, на складах бочки катает? Ну, который в том году по пьяни в колодец упал? Морозы тогда страшенные стояли, вода до донышка в камень замерзла. Другой бы вусмерть, а этот только ногу сломал. Еще песни срамные оттуда орал до утра, во хмелю и не болело-то.

— И?

А вот что в «Волчьей пасти» было действительно выше всяческих похвал, так это жареные семечки: пузатые, в меру присоленные высыпанные в широкую плоскую миску на стойке — бери, кто хочешь, сколько в горсть влезет. Или, воспользовавшись напавшей на корчмаря говорливостью, прямо оттуда лузгай, нахально выбирая самые крупные.

— Ну, стрельнуло ему в башку, будто это колдун ей ноги подшиб, сглазил. Нарочно. Встал, стул за ножку да как жахнет колдуну по темечку! Тот, знамо дело, руку вскинул — не долетел стул, в воздухе рассыпался, а Корьку аж до стены по полу прокатило и задницей в камин впечатало. А колдун еще больше сбледнул, покачнулся, сесть, видать, хотел — давай стул руками искать, будто незрячий. Только Корька не один был, с дружками, они за колдуна и взялись. Двое за руки держали, а остальные били по очереди. Долго били, он уж и не дергался, а они всё норовили покрепче приложить. Один даже не поленился, за оглоблей сбегал. Попереломали руки-ноги, раздели, шмотье и цацки поделили. Мне вон тоже дали, — корчмарь порылся в кармане передника, показал какую-то висюльку — то ли пластинка кремня, то ли черная блестящая кость.

Драконья чешуйка, поняла я, взяв амулет в руку.

— Не уступите?

— Да бери так, на кой она мне? — Как будто даже с облегчением разрешил мужик. Кому охота с Ковеном Магов связываться, если до него дело дойдет. Потом доказывай, что просто смотрел… да и за «просто» по головке не погладят. — А самого к оврагу сволокли, раскачали и вниз скинули. Там грязи теперь по колено, в овраге-то. Потоп, поди. Захлебнулся.

— Не всё равно, трупу?

— Когда за порог вытаскивали, дышал еще. Кровь в горле клокотала.

«Баба с возу — волкам легче», — подумала я, пряча амулет. Колдунов, всесильных выскочек, никто не любил. Боялись, уважали, но если уж били, то всем скопом, чтобы наверняка.

Я пару раз видела его в корчме, а потом встречала и на улицах города. Высокий, черноволосый, молодой еще мужчина. Довольно смуглый, но светлоглазый, с располагающим, слегка ироничным лицом. Как-то раз он пришел с учеником и снисходительно наблюдал, как тот впервые пробует крепкое здешнее пиво. Мне почему-то запомнились длинные чуткие пальцы с единственным, простеньким с виду кольцом, прямо из воздуха доставшие золотую монету для расплаты с корчмарем. Тот даже не поверил, надкусил — не морок ли.

Я отряхнула шелуху, расплатилась и решительно встала. И так уже засиделась, серь за окном начала сгущаться в ранние осенние потемки.

Что ж, прибили — туда ему и дорога.

Жила я за городскими стенами — трехсаженной каменной кладкой со сторожевыми башенками и высокими воротами, запирающимися на ночь. Хозяин частенько предлагал мне подыскать комнатушку в городе, но я отказывалась. Зачем? Тогда пришлось бы избавиться от коня и козы да еще платить за съем. Именно избавиться — один прихрамывал, вторая доилась вполовину меньше положенного и упорно не желала обзаводиться потомством. Кто ж их купит? Только живодер.

Да, в лесу волки, медведи, упыри. А в городе люди, и огнем их не отпугнешь. Те же колдуны. Я как раз проезжала мимо оврага и не удержалась: спешилась, приторочила к седлу вещи и шлепнула мерина по вислому крупу. Дымок, привычный, махнул хвостом и неспешно потрусил домой.

А я решила убедиться. Кто их, колдунов, знает. Может, сам слух о кончине и пустил, а ты потом жди удара в спину.

Опуститься на колени.

Сосредоточиться.

Готово.

Подобравшись к самому краю, я заглянула в черный разлом оврага. Склон круто нырял вниз, спускаться по нему было небезопасно, а вот чуть левее топорщились кусты, за которые можно придержаться.

Корчмарь приврал, грязи на дне было не так уж много. Не человеку — собаке по колено.

Долго искать не пришлось. Он лежал прямо под обрывом на спине, нелепо раскинув изломанные конечности. Светлое пятно на черной земле, алая каемка.

Я злорадно оскалилась: он был жив. Пока. Садиться рядом в грязь, пачкать шубу ради пяти минут торжества… мелочного, глупого, но заманчивого? Я села. Ему на живот.

Человек охнул и раскрыл стекленеющие глаза. Медленно перевел на меня, мучительно попытался свести в одной точке. Узнал.

— Говорят, ты искал меня, колдун?

Он беззвучно шевельнул разбитыми губами. Изо рта плеснула кровь, маслянисто обволокла подбородок. Запах мне понравился. Наклонившись, я провела языком вдоль его щеки, к глазу, собирая темные сгустки.

Колдун судорожно дернулся. Зря. Я никогда не начинала есть с головы. Так, примерялась.

— Ну и живучий же ты, — сглотнув, со смесью восхищения и издевки протянула я. — Почти как я, хоть однажды и провалялась в постели несколько дней, заживляя рану от твоей стрелы. У гномов небось покупал? Эти умеют делать наконечники, без мясницкого ножа не вытащишь. Хорошо, шрамов на мне не остается, они, говорят, злопамятности способствуют. Надо сказать, странный у тебя способ завязывать знакомство с женщинами…

Он смотрел на меня не мигая. Ненависть во взгляде угасала вместе с жизнью. Небось боролся до последнего, пытался стянуть раны остатками колдовства. На что, интересно, потраченного? И долго-то как держался, видать, ждал, надеялся, что за ним кто-то придет. А теперь — всё. Пришли. Глаза потухли, кровяной ореол вокруг тела начал быстро разрастаться.

Тогда я схватила его зубами за плечо, привычно перекинула за спину и неторопливо потрусила по дну оврага, оставляя в грязи четкие отпечатки когтистых лап.

Избушка была маленькая, неказистая, перекошенная. Казалось, от падения ее уберегает только прислоненная к стене рогатина. Над разбитым крылечком изогнулась в поклоне старая узловатая яблоня, в будке с проломанной крышей иногда неслась единственная курица. Днем хохлатка бродила по полянке, благоразумно не выходя за редкий плетень. Лесное зверье глотало слюнки, но переступить мои метки не смело.

В нараспашку открытом сарае фыркнул, топнул конь, заблеяла коза. Паршивка, зря только я ее два раза к козлу тягала — так и не отяжелела, зато всё еще доилась. Меньше, чем летом, но на сметанку с творогом собрать удавалось. Все они здесь приблудные — и безрогая длинноглазая Майка, отданная в счет долга, на борщ, и дымчатый, немолодой уже меринок, кем-то выгнанный в лес за хромоту. Даже кошка, которая считается дикой, но никогда не опаздывает к дойке. И я сама, впрочем. На избушку я набрела случайно, долго присматривалась, кружила по округе, но за неделю хозяин так и не сказался. Не объявился и за три года моего самоуправства.

Назвать избу совсем уж нежилой было неверно — в печной трубе гнездилась сова, под крыльцом процветал топотливый ежиный выводок, чердак загадили летучие, а подпол — полевые мыши. Всех их я безжалостно вымела-выкурила, вставила окна, законопатила щели мхом, из утвари что подновила, что выбросила. Главное, печь была цела. Сначала я спала на ней, потом, купив перину с подушкой, перебралась на постель в единственной маленькой комнате. Изба, в шутку прозванная логовом, помаленьку обрела жилой вид. Не стыдно и гостей привести. Принести.

В протопленной с утра печи стояли два горшка с водой, сейчас они очень пригодились. Я свалила колдуна на ошпаренный кипятком стол, выставила на лавку темные склянки без подписей, разодрала на полоски новую льняную простыню и принялась за работу. По правде говоря, его легче было разделать, чем собрать (а опыт у меня был, и немалый, в обеих областях). После пятичасовой возни свободными от повязок остались только живот, голова, левое плечо и правая голень, пестревшие синяками. Оглобля поработала на славу, больше всего я намучилась с раздробленными костями, укладывая их в лубки. Колдун превратился в неряшливо, но крепко спеленатую куклу, такой же холодный и безжизненный.

Я перетащила его на широкую лавку у печи, в закуток, отгороженный занавеской. Вскипятила воды, настояла травок и принялась отпаивать тепленьким, по каплям вливая в приоткрытый рот. Больше всего мне не нравилось полное отсутствие сопротивления — как текущей в горло жидкости, так и смерти. Долго так продолжаться не могло, либо он согреется и нормально задышит, либо сдохнет. Я не решилась уснуть, осталась ждать перелома, взбадривая себя тем же снадобьем. Лично мне помогало.

Под утро колдун начал отходить, пришлось неотлучно сидеть рядом, ругать, тормошить, дышать в насильно разжатый рот, вместе с воздухом делясь жизненной силой. Мы это можем, хоть и не слишком эффективно — большой расход при передаче. К обеду я вымоталась, как собака, а он всё никак не мог определиться с тем или этим светом. Во время очередного затишья я плюнула на всё и уснула, а может, потеряла сознание. Очнулась только глубокой ночью. Колдун тихо сопел, пригревшись между мной и печью. Я встала, тщательно подоткнула одеяло, не оставляя лазеек с трудом накопленному теплу. Долго стояла и смотрела, размышляя, но ничего путного так и не надумала. Только проголодалась.

Пора было идти на охоту.

По волменским меркам Выселок считался городком захолустным, хотя давал приют примерно тысяче жителей. Пограничье с Ясневым Градом не делало его привлекательнее, так что жили здесь в основном купцы, ремесленники и селяне, разбивавшие свои огородики прямо у городских стен. Знать и маги предпочитали более хлебную столицу, Вагеру.

Стоял в Выселке и небольшой воинский гарнизон, он же городская стража, ибо работать по основной специальности легионерам не доводилось уже лет двести, с момента подписания мирного договора с эльфами. Белория, расположенная за Ясневым Градом, вообще именовалась «братской державой» — то есть если и пакостила, то исподтишка и не признаваясь. К тому же проще пройти босиком по рву со змеями, чем пересечь эльфийско-дриадский лес без позволения его хозяев.

Возможно, некогда сюда и в самом деле выселяли неугодных королю людей, но сейчас это был самый обыкновенный, тихий и невзрачный городишко, где все друг с другом здороваются, но зачастую знают только в лицо. Что меня вполне устраивало.

На работу я добралась ближе к полудню, сонная, злая и поминутно зевающая. Хозяин, хоть и выспавшийся, пребывал не в лучшем настроении — влетело и за опоздание, и за вчерашний прогул. Я вспылила, демонстративно брякнула о пол глиняную ступку, в которой уже начала растирать брусничные листья, и потребовала расчет. Хозяин тут же пошел на попятный, окрестил прогул «выходным» и велел в следующий раз предупреждать заранее. Я нагло предупредила, развернулась и ушла. Ничего, переживет. Обзовет про себя стервой и упырицей, но вслух повторить не посмеет. Иначе вообще в отпуск уйду, первый за три года.

Уже за дверью услышала, как хозяин, ворча себе под нос, достает из шкафа новую ступку. По моим прикидкам, их там еще на полгода столь же плодотворного сотрудничества хватит, потом снова придется оптом у гончара закупать…

Я вернулась вовремя — колдун открыл глаза. Больные, тусклые, но разумные. Пока он вяло осматривался, я нацедила в кружку супа, придерживая ложкой гущу. Села на край постели. Он не удивился и не испугался. Видно, считал, что хуже быть уже не может. Наивный. Разубеждать его я пока не стала. Подержала кружку в ладонях, прикидывая, не слишком ли горячо. И услышала, как снаружи тихонько хрупнула ветка.

Я беззвучно поставила кружку на пол. Подкралась к окну, выглянула. Во дворе стоял, боязливо озираясь, парнишка лет тринадцати.

— Ученик твой явился, — с гадкой ухмылкой сообщила я. — Пожалуй, мне тоже стоит заняться его образованием. Ты не против?

Он был против, да еще как. Но взглядом я испепелялась плохо, а чего-нибудь подейственнее у него не было.

Незваный гость выглядел неважно. Драный полушубок, перевязанные веревочками опорки, синяк под глазом. Мы внимательно изучили друг друга, не торопясь с приветствиями и пожеланиями доброго вечера.

— Ты оборотень, — наконец то ли спросил, то ли обличил меня паренек.

— Ну и что?

Такого ответа он явно не ожидал.

— Ну и всё, — промямлил он, — конец тебе пришел…

Ох, давно я так не смеялась! Причем искренне.

— Маловат ты для моего конца, щенок. Даже на начало не тянешь. Как догадался-то? — мирно спросила я, и он растерялся еще больше. Запинаясь, послушно ответил:

— Мой мастер давно тебя выслеживает, всё узнал: и где живешь, и что Шеленой зовут, только прикончить осталось.

Зря он это. Никогда не разговаривай с тем, кого собираешься убить. Особенно если боишься его до колик в желудке. Враг становится еще сильнее, а ты слабеешь. Вон ноги уже дрожат, подгибаются.

— Выходит, вовремя мужички его порешили, — равнодушно заметила я, — тебе-то чего надо?

Он зажмурился и на одном дыхании выпалил:

— Мстить пришел.

— О! Это серьезно, уважаю, — восхитилась я. — А почему именно мне? Мужичков с оглоблями боимся? Могут не понять юмора?

— До них тоже доберусь, — срывающимся голосом пообещал он. — Вот тебя уделаю, сокровища награбленные заберу, подучусь малость, а там и их черед придет!

Я разочарованно присвистнула:

— Экий ты у нас корыстный, я-то думала — и правда мститель. На человека побоялся руку поднять, а на меня, выходит, можно. Особенно ради денежек.

— Ради мастера! — отчаянно выкрикнул он. — Ты его сожрала, погань! Я следы в овраге видел! Он живой еще был, оборотни мертвечины не жрут!

— А если и сожрала, — задумчиво прикинула я, — какая разница? Он бы всё равно к утру околел; ты же к нему на помощь не торопился. Так что скажи спасибо и проваливай!

Он всхлипнул и вытащил меч. У меня отвисла челюсть. Не знаю, как убивать, но отпиливать им трофейную голову пришлось бы долго. Такого неуважения к противнику я еще не видывала. Идти в дом за своим клинком было лень, да и смешно. Я осталась стоять, руки в боки, мерзко подхихикивая.

Заорав для храбрости, паренек бросился вперед. Он еще и рубиться не умел, простой меч двумя руками за рукоять держал. Пару ударов я пропустила, уворачиваясь с восхищенным аханьем, а затем по-простому изловила меч за середину и пнула дурня в живот. Второй удар пришелся в опущенное лицо, на сапоге осталась кровь.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   51

Похожие:

Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Капкан для некроманта
Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж,...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Верные враги
Это — кусочек белорской истории, не попавший в летопись, но воспетый в легендах. А что в ней ложь и что правда — пусть останется...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Верховная Ведьма
Что нужно для счастья Верховной Ведьме самой обычной долины, населенной самыми обычными вампирами? Любимая работа? Успешная карьера?...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Ведьма-хранительница
Кто сказал “Тяжело в учении, легко в бою”? А подать его сюда, в бой! Школа Чародеев, Пифий и Травниц закончена, но проблемы молодой...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко
Ромашка пользовалась моим расслабленным состоянием, все замедляя и замедляя шаг, надеясь, что я, увлеченная чтением, не замечу ее...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Цветок камалейника
Спите спокойно, дикоцветные земли, пришлые твари и первородные лозы! Спите спокойно, ибо не скоро вам в следующий раз удастся выспаться...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Громыко Ведьмины байки
Особенно если это дипломированная ведьма, разъезжающая по белорским лесам и весям в поисках работы, а пуще того – приключений. Но...
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги icon89635371466 Ольга 89635371466 Ольга
После этого стала недоверчиво относиться к людям. Сейчас учится заново доверять человеку
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги icon89635371466 Ольга 89635371466 Ольга
После этого стала недоверчиво относиться к людям. Сейчас учится заново доверять человеку
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconПОПЛАВСКАЯ Ольга Павловна
Рисунок 19" alt="Фото-0339-попр" align=bottom width=769 height=576 border=0 поплавская ольга Павловна
Ольга\nГромыко\nВерные\nвраги iconОльга Малинина Кукла Даша Кукла Даша – Ольга малинина
Ух ты! – радостно воскликнула Даша, повернувшись к огромному яблоку с красным бочком. Она, как жонглер, подкинула его вверх и тут...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы