Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ icon

Юрий Цурганов РУССКИЕ БЕЛОЭМИГРАНТЫ


НазваниеЮрий Цурганов РУССКИЕ БЕЛОЭМИГРАНТЫ
страница12/16
Размер1.02 Mb.
ТипРеферат
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
^

Глава 9. Окончание войны и судьба эмиграции.



В данной части исследования речь идет об участии эмигрантов в боевых действиях зимой и весной 1945 года, обстоятельствах интернирования и репатриации эмигрантов англо-американским и французским командованием, политических настроениях эмигрантов в освобожденной от нацистов Западной Европе и создании новых организаций после войны.

В отношении боевых действий против Красной Армии немцы заключили с командованием Вооруженных Сил КОНР особое соглашение. Предполагалось дать власовским войскам возможность проявить себя на Восточном фронте. Лишь доказав свою боеспособность, армия могла рассчитывать на расширение своего состава.

В начале 1945 года по приказу генерала Власова была сформирована ударная группа под командованием полковника И. К. Сахарова. Ее боевой задачей было выбить советские войска с плацдарма на западном берегу Одера. В сражении 9 февраля в районе Карлсбизе группа Сахарова показала себя как боеспособное воинское соединение *. План дальнейших военных операций, предложенный Меандровым, предполагал соединение с отрядами Дражи Михайловича, после чего планировалось продолжение борьбы в горах Балкан. Второй план предусматривал продвижение к частям Украинской Повстанческой Армии, находившимся в советском тылу. Неожиданно представилась возможность присоединиться к чешскому восстанию, вспыхнувшему в Праге в начале мая 1945 года. Расчет делался на то, что после ухода нацистов Прагу займут американцы. К вечеру 7 мая 1-я дивизия ВС КОНР Буняченко («Северная группа РОА») после ожесточенных боев с частями СС, освободила почти весь город. Во время сражения командир дивизии поддерживал постоянный контакт с Национальным Чешским Повстанческим Штабом – группой «Алекс». Однако, 7 мая Повстанческий Штаб удалился с политической сцены, поскольку стало очевидным, что город будет занят не американцами, а Красной Армией. Первую роль стала играть коммунистическая Рада. Ее представитель Смрковский заявил направленному для связи с Радой капитану ВС КОНР Антонову, что чешское политическое руководство «отказывается от помощи предателей и немецких наемников». Утром 8 мая наличный состав 1-й дивизии покинул Прагу и начал двигаться по направлению Бероуна к расположению американских частей. 9 мая в Прагу вошли советские войска *.


2 февраля 1945 года в Бад-Эльстере на юге Саксонии, Смысловский получил приказ о переформировании дивизии «Россия» в Русскую Армию под шифрованным названием «Зеленая армия особого назначения». В это время у Смысловского появляется новый псевдоним – Артур Хольмстон. После длительных переговоров с ОКХ новая структура получила название 1-й Русской Национальной Армии. Она имела статус союзнической по отношению к Вермахту, ее нейтралитет в отношении западной коалиции был подтвержден официально, как и право пользоваться на немецкой территории русским национальным флагом. Смысловский получил звание генерал-майора. ОКХ планировало ввести в состав армии Русский Корпус Штейфона, и 3-ю дивизию ВС КОНР полковника Шаповалова. Это свидетельствует о том, что и в конце войны в нацистском руководстве не было единого мнения – кого считать центральной фигурой в деле собирания разрозненных русских антибольшевистских сил, хотя в ноябре 1944 эта роль была официально закреплена за Власовым.

Для того чтобы увеличить численность своей армии Смысловский вступил в переговоры с фон Лампе, после чего 2 500 чинов вверенного фон Лампе Объединения Русских Воинских Союзов поступили в распоряжение командующего 1-й РНА. Так как среди советских перебежчиков и военнопленных в 1945 году было мало офицеров, то для заполнения вакансий Смысловскому требовались эмигранты. Офицерами штаба были назначены: подполковник Месснер, подполковник Истомин, майор Климентьев. Офицером контрразведки – майор Каширин, начальником снабжения – подполковник Кондырев, командиром штаб-квартиры – подполковник Колюбакин, командиром 1-го полка – полковник Тарасов-Соболев, 2-го полка – полковник Бобриков. Общая численность 1-й РНА составила около 6 тысяч человек 457.

18 апреля, ввиду очевидной неизбежности капитуляции Германии, Смысловский отдал приказ своей армии о выдвижении в сторону швейцарской границы 458. Туда же должен был прибыть и Русский Корпус, однако запланированное соединение с ним не состоялось. События, завершающие «послужной список» Русского Корпуса, происходили в период с 1 января по 7 апреля 1945 года. 1-й полк вёл бои на участке Брчко-Челич, находясь, как уже было сказано, в составе корпуса СС. 30 апреля в Загребе Штейфон скоропостижно скончался, во вре­менное командование Корпусом вступил командир 5-го полка Рогожин. 12 мая колонна всех частей Корпуса перешла Драву и сдала оружие англичанам. Корпус расположился лагерем в районе Клагенфурта. 1 ноября 1945 года, распоряжением английского командования, чины Русского Корпуса были переведены на гражданское положение и перевезены в лагерь Келлерберг 459. Воинская единица прекратила свое существование и превратилась в Союз бывших чинов Русского Корпуса. Началась шестилетняя «эпопея Келлерберга», связанная со стремлением избежать выдачи советской стороне и с постепенной отправкой бывших товарищей по оружию в более спокойные и безопасные точки земного шара.

Кадровый состав 1-й РНА под общим руководством полковников Раснянского и Соболева в походном порядке перешел Альпы и, обойдя горные перевалы Тироля, занятые заградительными отрядами войск СС, вышел в долину Боденсного озера. Многие подразделения армии так и не пробились в назначенный район, погибли или попали в плен к западным союзникам. В районе Кемптена армия Смысловского встретила части 3-й дивизии ВС КОНР. Ее командующий генерал-майор М. М. Шаповалов отклонил предложение о дальнейших совместных действиях. Продолжая выполнять приказ Власова, он направил свои части в сторону Чехословакии. (Под Прагой Шаповалов был захвачен чешскими прокоммунистическими партизанами и передан Красной Армии).

Перед началом выступления к швейцарской границе у Смысловского состоялся телефонный разговор с начальником Штаба ВС КОНР Трухиным и самим Власовым. Командир 1-й РНА отговаривал их идти на восток – в Чехословакию, на что Власов ответил, что Смысловский – генерал Вермахта, и можете делать, что ему угодно. Это был их последний разговор. Такое высказывание Власова может свидетельствовать о том, что он до последнего момента дорожил своей формальной независимостью от немцев, и, очевидно, был намерен использовать это обстоятельство как главный аргумент в предстоящих переговорах с англо-американским командованием.

В районе города Фельдкирх, самого западного города Австрии, к колонне 1-й РНА присоединились эрцгерцог Альбрехт, Великий Князь Владимир Кириллович со свитой, председатель Русского комитета в Варшаве С. Л. Войцеховский с небольшой группой беженцев и разрозненные венгерские части. В ночь со 2 на 3 мая 1945 года подразделения 1-й РНА пересекли границу княжества Лихтенштейн. После переговоров, в ходе которых русскому формированию было гарантировано политическое убежище, оружие было сдано, после чего утоплено в Боденском озере. Великому Князю Владимиру Кирилловичу и его свите было отказано в убежище, и они были отправлены обратно в Австрию. Со Смысловским в Лихтенштейн прибыло 494 человека. Князь «государства-малютки» Лихтенштейна Франц-Иосиф II, в отличие от Рузвельта и Черчилля, не пошел на поводу у Сталина и не допустил их насильственной репатриации. Факт отказа выдать Смысловского и его людей советским представителям объясняется не только благородством Франца-Иосифа. Смысловский изначально представлял Абвер – военную разведку Германии. Западные союзники были, по всей видимости, не заинтересованы в его выдаче. Возможно, что его агентурную сеть в СССР, предполагалось использовать и после победы над Гитлером. В пользу этой версии свидетельствует факт активного сотрудничества Смысловского с ЦРУ в послевоенные годы.


Наиболее драматично складывалось отступление Казачьего Стана из северной Италии. 28 апреля 1945 года в Штаб Доманова прибыли три итальянских офицера, командированные Центральным партизанским Штабом области Карнико-Фриулия. Они предъявили ультиматум, согласно которому казаки должны были оставить пределы Италии, сдав предварительно все оружие итальянским партизанам. Возможно, стимулом для этого ультиматума послужил захват партизанами Муссолини в районе озера Комо 27 апреля.

Для обсуждения ультиматума был созван Казачий военный совет под председательством П. Н. Краснова. Было принято постановление:

«1) Отвергнуть ультиматум, как предложение, не соответствующее Казачьей Чести и Славе.

2) Отказать итальянцам в сдаче оружия, даже на условиях гарантированного пропуска в Австрию.

3) Прорвать с боем, если таковой будет необходим, кольцо партизанского окружения, согласуя это решение с действиями германского военного командования в Италии и, перейдя Карнийские Альпы, выйти в Австрийский Восточный Тироль» 460.

Получив такой ответ, итальянские партизаны 29 апреля начали массированные атаки на казаков, при явной поддержке всего местного населения. 30 апреля казаки приняли решение об эвакуации Стана из Италии. В тот же день начальник штаба главного германского командования Юго-западного фронта генерал-лейтенант Ретингер подписал приказ о прекращении «состояния огня» на Итальянском фронте для германских армий. 2 мая должна была начаться повсеместная капитуляция германских войск в Италии.

В ночь с 30 апреля на 1 мая все горные высоты около села Каваццо-Карнико, где находился центр Кубанского Отдела казачьих беженских станиц, были заняты партизанскими пулеметными командами. 2 мая Доманов передал партизанам решение Военного Совета, составленного из старших казачьих начальников, о том, что в ночь со 2 на 3 мая Казачий стан начинает полный отход из северной Италии в Австрию.

Отступление, носившее характер массового исхода, осуществлялось в очень трудных условиях: непрерывный дождь, сменяющийся сильным снегопадом, гололедица, высокие альпийские перевалы, узкие дороги, изрытые снарядами и перекрытые обвалами. Во время следования казаки получили сведения от местных германских комендатур, что 2 мая Германия капитулировала. Возникла идея о переходе в нейтральную Швейцарию, но эта страна категорически отказалась принять Казачий Стан. 7 мая казаки прибыли в Австрию. Вслед за ними из Италии двигались английские войска, Доманов выслал им на встречу парламентеров. Командир английской 36-й моторизованной пехотной бригады Джефри Мессон принял сдачу Казачьего Стана в плен, но не дал определенного ответа относительно дальнейшей судьбы личного состава. На вопрос о возможной выдаче казаков СССР ответил отрицательно. В качестве военнопленных казаки находились в распоряжении командира английской 78-й моторизованной дивизии.

Англичане предоставили в распоряжение казаков северную часть Лиенца – главного города в восточной части Австрийского Тироля. Город расположен при впадении реки Изель в Драву. Мост через Изель служил разграничительной линией между английской и казачьей зонами. По одну сторону стоял английский часовой, по другую – казачий жандарм, оба были вооружены. Генерал Доманов и начальник его Штаба генерал М. К. Саломахин с супругами по указанию англичан были размещены в отеле «Gold Fisch» в двухстах метрах от моста. Штаб Походного Атамана Казачьих Войск претерпел изменения: были упразднены отделы Оперативный, Наградной и контрразведки; остались Строевой, Хозяйственно-административный и комендатура Штаба.

В радиусе 19 километров от Лиенца располагались Казачье юнкерское училище, Войсковая казачья учебная команда, атаманский казачий конвойный конный полк, казачьи строевые части, ведомства, управления, мастерские, лазареты и прочие учреждения. Численность Казачьего Стана на 23 мая 1945 года составила 40 325 человек, включая женщин и детей.

В первый же день пребывания казаков на положении военнопленных, английское командование потребовало сдачи оружия. Личное оружие было оставлено офицерам и одна винтовка на десять казаков для несения караульной службы. В Казачьем Стане англичанами был установлен комендантский час с 20.00 до 6.00, во время которого всем казакам, независимо от званий и должностей, было запрещено всякое передвижение. Отношения между казаками и англичанами носили подчеркнуто корректный характер.

В период пребывания казаков Доманова в плену у англичан состоялась последняя и абсурдная в сложившихся условиях попытка включить Казачий Стан в состав ВС КОНР. 15 мая в район Лиенца прибыли войска Казачьего Резерва под командованием Шкуро. Сославшись на приказ обергруппенфюрера СС Бергера, он изъявил намерение принять у Доманова Казачий Стан в свое распоряжение в полном составе. Шкуро был арестован англичанами и препровожден в лагерь Шпиталь.

Английская комендатура обнародовала объявление, что каждый казак, если он пожелает легализовать свое гражданское положение, может получить соответствующие документы, в которых указывалось, что их предъявитель не принадлежит к составу Казачьего Стана или другой казачьей организации и вообще не является военнослужащим. Этот документ переводил всех желающих в категорию политических эмигрантов 1921 года. Предложением англичан воспользовался генерал И. А. Поляков, других случаев зафиксировано не было 461.


На завершающем этапе войны и после ее окончания представители Власовского движения и эмигранты активно стремились к установлению контактов с западными союзниками. В марте 1945 года «Отдел сношений с правительственными учреждениями» в системе КОНР был переименован в «Отдел внешних сношений». Важнейшим пунктом его организационной программы было назначение официальных представителей КОНР в нейтральных странах. Они должны были заниматься разъяснительной работой о целях Освободительного движения народов России на всех уровнях власти зарубежных стран. Это начинание встретило серьезное сопротивление со стороны нацистского руководства. В феврале 1945 года Ю. С. Жеребков передал представителю Международного Красного Креста меморандум КОНР с просьбой обратить внимание союзных держав на политический характер представляемого им движения. Он ходатайствовал о предоставлении политического убежища военнослужащим РОА, находящимся в плену у англичан и американцев. В меморандуме указывалось, что в случае выдачи в СССР их ожидает смерть. В самом конце войны Жеребков пытался лично прибыть в нейтральную Швейцарию, но ему было отказано в визе. Нелегальный переход границы был пресечен пограничниками и Жеребков был интернирован американцами 462.

Работа в этом направлении не ограничивалась деятельностью Жеребкова. Перед своим отъездом в Прагу 16 апреля, генерал Власов вел переговоры в Карловых Варах с руководителями НТС, было принято решение направить некоторых из них через линию фронта. Оставшиеся в Париже члены Союза Р. П. Рончевский и А. П. Столыпин тоже должны были установить контакты с представителями демократических стран Запада. Их конкретной задачей являлось оправдать работу НТС на занятых немцами советских территориях и добиваться предоставления политического убежища военнослужащим РОА. Эти попытки, как и усилия Жеребкова, не дали существенных результатов.

По распоряжению Власова, в покидаемых немецкими войсками городах, оставались лица, снабженные письменными полномочиями КОНР. Эти лица, как правило, один старый эмигрант и один выходец из СССР, должны были добиваться приема в штабах англо-американского командования и вести переговоры о капитуляции частей ВС КОНР с единственным условием – невыдачи их советской стороне. Парламентерами к американцам были посланы две группы: генерал-майор В. Ф. Малышкин и капитан В. К. Штрик-Штрикфельдт – балтийский немец, курировавший Дабендорф; член НТС из Франции В. Быкодоров и капитан Н. Ф. Лапин. К англичанам – В. Д. Поремский и подполковник М. К. Мелешкевич. Они выражали готовность предстать перед международным судом и объяснить, почему представляемое ими движение оказалось в союзе с немцами.

Никто из парламентеров не знал, что их участь была давно предрешена правительствами стран антигитлеровской коалиции *. По Ялтинскому соглашению между Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем от 11 февраля 1945 года, США и Великобритания обязались репатриировать тех лиц, которые 1 сентября 1939 года являлись советскими гражданами и вместе с тем: а) либо были взяты в плен в германской форме; б) либо 22 июня 1941 года были военнослужащими Красной Армии; в) либо доказанным образом добровольно работали с врагом. Генерал де Голль присоединился к Ялтинскому соглашению 29 июня 1945 года.

Практически эта договоренность превратилась в насильственную репатриацию всех без разбора, включая и старых эмигрантов, которые никогда не были советскими гражданами. Выдачи этих людей производились в несколько этапов. В тех случаях, когда лица подлежащие репатриации проявляли нежелание вернуться в СССР, применялись обманные способы и физическое насилие, часто сопровождавшееся большой жестокостью. 12 мая американское командование выдало Сталину 1-ю дивизию ВС КОНР, Штаб ВС КОНР и руководство движения, включая Власова. В общей сложности около 10 тысяч человек.

9 мая 1945 года Офицерская школа во главе с генерал-майором Меандровым, узнав об участии 1-й дивизии в пражском восстании, а затем, о занятии Праги советскими войсками, сдалась американцам в Чешском Крумлове. Меандров, который был не только начальником Офицерской школы, но и подпольным руководителем находившейся в ней группы курсантов-членов НТС, решил, что теперь настал момент перехода к политическим действиям. Он направил двух членов Союза на поиски руководства организации. Предлагаемая им идея заключалась в том, что военнослужащим ВС КОНР бежать из американского плена не следует. Меандров исключал возможность насильственной выдачи и рассчитывал, что в будущем неизбежном конфликте союзников с большевиками, ВС КОНР сможет сыграть решающую роль. Ответ НТС, изложенный курьеру представителем Союза Байдалаковым, сводился к следующему: немедленно передать Меандрову, что союзники его планов осуществлять не будут, пусть, пока возможно, разбегаются, переодеваются, скрываются 463. Однако Меандров и многие его подчиненные уходить отказались и были выданы советской стороне в 1946 году.

Поскольку по официальным каналам КОНР и НТС не удалось добиться договоренности с союзниками о невыдаче людей, то предстояло спасать их своими силами. На защиту 2-й дивизии ВС КОНР генерал-майора Г. А. Зверева («Южной группы РОА»), находившейся в Платтлинге, поднялась значительная часть старой мюнхенской эмиграции. С. Б. Фрелих, бывший офицер для особых поручений при Трухине, проделал большую работу в сотрудничестве с молодыми кадрами НТС. Они готовили побег, переправив в концентрационный лагерь, где содержалась дивизия, ножницы и лопаты. Подкоп был готов, но раскрыт накануне побега. Первая выдача личного состава дивизии из Платтлинга произошла 20 января, вторая – 13 мая 1946 года. Ее жертвой стали 3 400 человек.

В районе Лиенца в Австрии 1 июня 1945 года англичане выдали большевикам Казачий Стан Т. И. Доманова. 28 мая, якобы «на конференцию, были вывезены и переданы органам СМЕРШ все офицеры», а 1 июня был предпринят штурм лагеря, более половины состава которого составляли гражданские лица – семьи военнослужащих. 1 430 офицеров Доманова (68% личного состава) являлись старыми эмигрантами. Выдавая их, англичане «перевыполнили» ялтинские обязательства.

Похожая участь постигла 3-й казачий запасной полк полковника Лобасевича из состава Казачьего Стана. Полк отстал от основной группы при переходе из Италии в Австрию. Был окружен итальянскими партизанами и, после нескольких дней осады, вынужден сдаться в плен. 9 мая личный состав полка был передан англичанам и содержался в лагере для «перемещенных лиц» на территории Италии. Лобасевич был выдан англичанами советским представителям в индивидуальном порядке. Его подчиненные на советском пароходе доставлены в Новороссийск, далее в Ашхабад, в распоряжение СМЕРШ Закаспийского Военного Округа. После шести месяцев следствия они были осуждены к 25 годам принудительных работ в «исправительно-трудовых лагерях» 464.

Подобная практика имела место и в отношении других русских воинских формирований Вермахта и КОНР. Только небольшой части военнослужащих Русского Корпуса удалось доказать, что они не подлежат выдаче.

Репатриации производились из всех районов Германии и Австрии, занятых союзными войсками. Из Франции, Италии (лагеря Баньоли и Римини), Северной Африки, Дании, Норвегии и других стран и регионов. В американской зоне наиболее крупные репатриационные операции произошли в лагерях Дахау, Платтлинг, Даггендорф, Мангайм, Кемптен (август 1945 года) и Бад Айблинг (август 1946 года).

Англичане и американцы знали, что ждет этапируемых ими людей. В Мурманске, Одессе, Любеке расстрелы репатриантов производились на глазах у сопровождавших конвои англичан, что отражено в их рапортах 465. При встречах с репатриационными комиссиями многие участники Власовского движения и политически активные эмигранты-антикоммунисты заявляли, что сознательно боролись против советского режима, и предпочитают выдаче смерть. Таких «смутьянов» англичане старались репатриировать в первую очередь, прилагая стенограммы их заявлений. Самоубийства среди репатриантов были обычным явлением. В 1947 году, при выдачах из Италии, каждый состав включал в себя вагон-морг, поскольку советские представители соглашались принять мертвых и зачислить каждого из них за выданного пленного 466.

Многие английские и американские военные, в том числе и высшие чины, например фельдмаршалы Александер и Монтгомери, генерал Эйзенхауэр, пытались прекратить репатриации. Но они не смогли противостоять давлению своих правительств 467. Можно назвать три основные причины, побудившие правительства Запада пойти на поводу у Сталина. Во-первых – необходимость обеспечить безопасность собственным военнопленным, находившихся в немецких лагерях на территории Восточной Европы в зоне дислокации советских войск. Поддавшись шантажу, союзники обменяли свыше 5 миллионов человек, которых требовал Сталин, на 150 — 200 тысяч граждан своих стран 468. Во-вторых – осуществлять насильственные выдачи заставлял страх перед трудностями, которые бы вызвала необходимость устройства и расселения на Западе столь большого числа новых эмигрантов. В-третьих, солдаты и офицеры РОА и Восточных легионов были вынуждены принимать участие в боевых действиях против англо-американских войск. Этот факт в сочетании с фразами базовых документов КОНР о необходимости борьбы с «плутократами», вполне мог способствовать тому, что власовцы и «легионеры» воспринимались как действительные идейные враги *.

1 августа 1946 года советская печать сообщила о казни в Москве главных руководителей КОНР И ВС КОНР: А. А. Власова, В. Ф. Малышкина, Г. Н. Жиленкова, Ф. И. Трухина, Д. Е. Закутного, И. А. Благовещенского, М. А. Меандрова, В. И. Мальцева, С. К. Буняченко, Г. А. Зверева, В. Д. Корбукова и Н. С. Шатова. 17 января 1947 года появилось сообщение о казни казачьих атаманов: П. Н. Краснова, А. Г. Шкуро, Т. И. Доманова, С. Н. Краснова, Г. фон Паннвица, а также, князя Султана Келеч-Гирея (Султан-Гирей Клыча), командовавшего Кавказской дивизией.

Лишь немногим участникам Власовского движения удалось остаться на Западе. Повезло группе ВВС генерал-майора В. И. Мальцева, из 5 тысяч человек было выдано не более 10%, включая, правда, и самого командующего 469.

Главное, почему советская сторона настаивала на выдачах – не допустить укрепления эмиграции свежими силами и не выпускать в западный мир миллионы свидетелей своих преступлений. Лишь небольшой части бывших советских граждан удалось стать Второй волной российской эмиграции, которая составила от 450 тысяч до 620 тысяч человек 470.

Белоэмигрантские политические организации и воинские формирования на Дальнем Востоке были разгромлены в августе 1945 года в ходе военной кампании, проведенной СССР против японской Квантунской армии. Лидеры белой эмиграции на Дальнем Востоке Г. М. Семенов, К. В. Родзаевский, А. П. Бакшеев, Л. Ф. Власьевский, Б. Н. Шепунов, И. А. Михайлов были захвачены и, после проведения над ними судебного процесса, казнены. Многие руководители среднего звена и рядовые участники эмигрантских военных и политических организаций были репрессированы.


Главная проблема, помешавшая развитию второй гражданской войны, состояла в катастрофическом запаздывании оформления Власовского движения в единую военно-политическую структуру. Нацистская администрация делала все, чтобы воспрепятствовать консолидации российских антибольшевистских сил.

Обнародование открытого письма Власова «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом?», его первая агитационная поездка по оккупированным территориям и открытие школы пропагандистов РОА в Дабендорфе относятся к марту 1943 года. Сталинградская битва закончилась 2 февраля. К тому времени, когда на советско-германском фронте происходили события, вошедшие в историю как «коренной перелом» (апрель-декабрь 1943 года), Власов находился под домашним арестом по распоряжению Кейтеля. 8 июня Гитлер принял решение не сводить разрозненные русские воинские части в единую армию и перебросить их на Западный фронт. Новый этап активной деятельности Власова начался лишь 16 сентября 1944 года после встречи с Гиммлером. К этому времени Красной Армией уже одержана победа в битве на Курской дуге (июль-август 1943), в битве за Кавказ (октябрь 1943), за Днепр (август-декабрь 1943), за Правобережную Украину (апрель 1944), прорвана блокада Ленинграда (август 1944). Организационное оформление Власовского движения в единую структуру началось только 14 ноября 1944 года созданием КОНР, то есть уже после восстановления довоенной границы СССР и переноса боевых действий в Восточную Европу. Завершение формирования 1-й дивизии Вооруженных Сил КОНР относится к февралю 1945 года.


Вскоре после освобождения Западной Европы от нацистов среди российских эмигрантов, проживающих в этом регионе, обозначилось три политических течения *. Первое объединило людей полностью перешедших на оборонческие позиции и отныне настроенных только на безоговорочную поддержку советской власти всегда и во всем. Зародившись еще в довоенные годы, это течение существенно расширилось. Издававшаяся во французском подполье в 1943-1944 годах газета «Русский патриот» в марте 1945 была переименована в «Советского патриота», а Союз Русских Патриотов в Союз Советских Патриотов. К этому течению незадолго до своей кончины в 1943 году примкнул и П. Н. Милюков, который находясь в США, по-прежнему оказывал влияние на либеральные круги российской диаспоры в Европе. Бывший лидер конституционных демократов писал, что диктатура «искупается» достижениями власти, «когда видишь достигнутую цель, лучше понимаешь и значение средств, которые привели к ней» 471. Похожие взгляды высказывал бывший министр торговли и промышленности Временного правительства, входивший в партию прогрессистов, А. И. Коновалов. В день победы над Германией на ограде православного собора на улице Дарю был вывешен красный флаг **.

Второе течение составилось из лиц, склонных занимать выжидательную позицию и ставить свое отношение к власти в зависимость от ее дальнейших действий. Их мировоззрение можно суммировать следующим образом: 1) непреклонная вражда к советской власти была целиком оправдана тогда, когда эта власть, действуя в интересах мировой революции, жертвовала интересами России; 2) Россия, как показала война, национально здорова и сохранила свои внутренние силы; 3) власть, которая оказалась способной организовать духовные и материальные силы страны и российкого народа для победы, не может рассматриваться иначе, как «национальная власть России»; 4) ослабление государственного авторитета опасно не только во время войны, но и в период, когда будут вырабатываться условия мира; 5) перед российской эмиграцией неизбежно встает вопрос о возвращении на родину; 6) отношение власти к населению и, наоборот, населения к власти, станет ясным только после войны, когда минует внешняя опасность; 7) во время войны власть сделала ряд уступок народу, – между властью и народом установлено перемирие; 8) если власть будет продолжать политику постепенного раскрепощения народа, то перемирие станет миром, если же нет, то внутренняя борьба возобновится.

На таких принципах стояла образовавшаяся в 1944 году группировка «Groupe d'action emigres russes», идейно руководимая В. А. Маклаковым. 12 февраля 1945 представители этой группы посетили советского посла в Париже А. Е. Богомолова и провели с ним двухчасовую беседу по политическим проблемам, закончившуюся рукопожатиями. Состав группы был разнообразным, но, в тоже время, довольно представительным. Руководитель – В. А. Маклаков, в прошлом активный деятель правого крыла партии кадетов, депутат Государственной Думы II, III и IV созывов. Маклаков был известен на Западе – с июля 1917 он был послом России в Париже, и выполнял некоторые функции русского представительства, пока в 1924 не установились советско-французские дипломатические отношения. В состав делегации входил А. Ф. Ступницкий, который до Второй мировой войны был активным сотрудником газеты «Последние новости», издававшейся П. Н. Милюковым в Париже. Теперь Ступницкий издавал газету «Русские новости». Он считал себя преемником Милюкова в издательском деле. В. Е. Татаринов сотрудничал в издававшейся до войны газете П. Б. Струве «Возрождение». Ветераны Белого движения считали это издание идейно близким. «Возрождение» выступало в качестве постоянного оппонента по отношению к милюковским «Последним новостям», пока обе газеты не были закрыты в связи с оккупацией Франции. В состав группы входили два адмирала. Один из них – М. А. Кедров, в дни Февральской революции остался верен Престолу. В годы Гражданской войны он был уполномоченным Верховного правителя России адмирала А. В. Колчака в Париже, стал фактическим организатором эвакуации войск П. Н. Врангеля из Крыма в 1920 году. В эмиграции Кедров занимал пост второго заместителя председателя РОВС Е. К. Миллера. Другой адмирал, присутствовавший в составе делегации – Д. Н. Вердеревский, принял Февральскую революцию, входил в состав «Совета пяти» («Директории»), созданного А. Ф. Керенским осенью 1917 года. В состав делегации также входили бывшие активисты политических партий левого толка, сохранившие авторитет в соответствующих кругах эмиграции: народные социалисты А. С. Альперин, Д. М. Одинец и А. А. Титов; социалисты-революционеры Е. Ф. Роговский и М. М. Тер-Погосьян; писатель Г. В. Адамович.

Визит на улицу Гренель содействовал расколу российской эмиграции, в том числе и в самом, руководимом Маклаковым объединении. Газета «Русские новости», которая должна была стать главным рупором движения, стала приближаться по духу к «Советскому патриоту» и уже не отражала полностью взглядов руководства организации.

Третье течение российской эмиграции в конце войны объединяло людей, оставшихся на абсолютно непримиримых позициях по отношению к государственному строю СССР. Их мировоззрение строилось главным образом на отрицании тех принципов, которые предлагали новоявленные советские патриоты и «умеренные». С. П. Мельгунов, автор широко известных зарубежной России книг «Золотой немецкий ключ большевиков», «Как большевики захватили власть» и «Красный террор в России», в 1945 году писал: «Только люди с чрезмерно короткой памятью и заглохшей политической совестью могут предать забвению совершенные коммунистической диктатурой преступления перед народом, и звать нас к «искреннему примирению» с ней. Эти лица, в начале войны не верившие в возможность поражения немцев, теперь впали в другую крайность, поспешив оправдать существующий в России политический строй. Большевики давно, начиная с «передышки» Брестского мира, готовились к «священной войне» с международным империализмом; стоит ли удивляться тому, что режим экономически и организационно оказался достаточно подготовленным к войне?» 472.

Идеологи «непримиримых» в российской эмиграции говорили о том, что в обстановке военного времени у населения России не было иного выхода, кроме как идти с властью, фактически управляющей страной. Но это, по их убеждению, не означало примирения с властью и не давало оснований называть сталинское правительство властью национальной. Идея новых сменовеховцев о национальном перерождении советской власти «непримиримыми» оценивалась как неверная. Интересы коммунистической партии, по их убеждению, на время войны совпали с национальными интересами страны. То, что делала власть в деле организации техники войны, объективно может быть отнесено к категории «заслуг» перед страной, но субъективно «здесь никакой заслуги нет».

Непримиримые писали о том, что Сталин готовился напасть на Европу, но только после того, как Германия и западные союзники взаимно истощат друг друга, для чего и был подписан советско-германский пакт о ненападении. Гитлер, разгадав планы Сталина, нанес превентивный удар, и в новых условиях сталинская мировая агрессия стала выглядеть как оборона.

Применительно к действиям Красной Армии в Восточной Европе, говорилось о том что «российский шовинизм» может быть не менее опасен, чем германский, если его удастся использовать в качестве трамплина для мировой революции в специфической форме «сталинского фашизма».

Суммарные выводы из всего этого могут выглядеть следующим образом: 1) свержение Гитлера ни к чему не приведет, если после исчезновения нацистского режима останется неприкосновенным режим Сталина; 2) если бы Германия вышла из войны победительницей, это не могло бы служить доказательством целесообразности и пригодности немецкого фашизма; 3) российской эмиграции еще рано складывать знамена, история требует продолжения борьбы за всеобщее раскрепощение России.

Сразу после войны какая-либо политическая деятельность в Европе для эмигрантов была крайне затруднена. Американская, английская и французская администрации в зонах оккупации Германии монополизировали всю печать, и без лицензии никто не имел права издавать какие-либо печатные органы. Только две политические организации после окончания войны продолжали свое существование в подполье и нелегально издавали бюллетени. Это украинская организация бандеровцев, организовавшая вокруг себя Антибольшевистский блок народов (АБН) и НТС.

Первые три года после войны организация солидаристов, спасала «перемещенных лиц» и старых эмигрантов от репатриации, налаживала жизнь в беженских лагерях. В организованном К. В. Болдыревым лагере Менхегоф под Касселем в Западной Германии обосновался центр НТС. Члены Союза устраивали школы и занимались культурно-просветительской деятельностью, постепенно, шаг за шагом, развивали издательскую деятельность. В результате было создано издательство «Посев» и одноименная еженедельная газета в 1968 году ставшая ежемесячным журналом. Первым редактором «Посева» был Б. В. Серафимов (Прянишников) — бывший член КОНР, подписавший «Пражский манифест» псевдонимом «Лисовский», позднее – автор книг по истории российской эмиграции и НТС – «Незримая паутина» и «Новопоколенцы».

С 1946 по 1949 год в Регенсбурге солидаристы издавали газету «Эхо», с 1947 по 1948 в Мюнхене – газету «Новости», с 1946 начал выходить журнал «Грани», которому суждено было сыграть заметную роль в культурной жизни российской эмиграции. Журнал стал первым изданием, публикующим литературные и общественно-политические произведения авторов из СССР, полученные по каналам «самиздата» *. Среди первых книг были букварь Вахерова и труд одного из главных идеологов солидаризма С. А. Левицкого «Основы органического мировоззрения».

В Менхегофе 5-9 июля 1946 года собрался Совет НТС. Он увеличил свой состав с 5-ти оставшихся после войны членов до 12-ти. Половина из них была недавними узниками нацистских концлагерей. Был принят новый Устав и Программа. Несмотря на бурную общественную деятельность и приток в НТС молодежи в беженских лагерях послевоенной Германии, ряды Союза поредели. Многие «старые» эмигранты от организации отошли – будущее, к которому они себя готовили в 1930-е годы, не сбылось. Многие же «новые» попали в НТС случайно. Внутренние конфликты в Гамбурге (1947-48), в Париже (1948-49) и Нью-Йорке (1953-54) привели к выходу из организации целых групп. В. Д. Поремский говорил, что число бывших членов Союза намного превосходит число настоящих473. И все же, НТС был, пожалуй, единственной довоенной организацией в российском зарубежье, которой, несмотря на все сложности, удалось спаять в своих рядах обе, психологически очень разные, волны эмиграции.

Во второй половине 1940-х центром российской эмиграции в Европе стала Германия, а именно лагеря «перемещенных лиц» – «ди-пи». В них зародились первые ветеранские организации власовцев, которые по-разному трактовали Манифест КОНР. В конечном итоге выкристаллизовалось пять основных организаций. Антибольшевистский Центр Освободительного Движения Народов России (АЦОДНР) сделал попытку объединить всех власовцев, монархистов и НТС. Попытка оказалась неудачной, организация очень быстро раскололась на составные части. Комитет Объединенных Власовцев (КОВ) был создан под руководством генерала Туркула, который стремился представить РОД в качестве продолжения Белого движения, «Пражский манифест» им трактовался как непредрешенческий. Союз Андреевского Флага (САФ) под руководством генерала П. В. Глазенапа стоял правее, чем КОВ. Союз Воинов Освободительного Движения (СВОД) и Союз Борьбы за Освобождение Народов России (СБОНР) придерживались либерально-демократических позиций. Каждое из объединений считало именно своих членов наиболее адекватными последователями генерала Власова. Дискуссии на эту тему, развернувшиеся на страницах эмигрантской печати, называли «борьбой за власовское наследство». Все вместе ветеранские организации вели полемику с НТС, пытавшимся удерживать монополию на «власовское наследство».

В условиях «холодной войны» ветераны Власовского движения строили планы на будущее. IV пленум АЦОДНР, состоявшийся в августе 1948 года постановил в случае начавшейся войны «пойти на союз с западными демократическими государствами при условии признания ими самостоятельности Движения, независимости Родины и при ясном декларировании политических целей в войне против коммунизма» 474. Подавляющим большинством голосов пленум отклонил предложение небольшой группы его участников «создать» в движении своего «вождя». Руководство должно было оставаться коллегиальным и строиться на демократических принципах. Иными словами, план «возобновления» Власовского движения без Власова широкой поддержки не получил.

Продолжал существовать, хотя и утратил былое значение, Русский Обще-Воинский Союз; был образован руководимый генералом Б. А. Смысловским Суворовский Союз, а также Союз бывших чинов Русского Охранного Корпуса.

Советские спецслужбы не оставляли российскую эмиграцию своим вниманием. Ушедший на Запад офицер Советской армии, имя которого сегодня установить не удалось, написал письмо-предостережение в редакцию эмигрантского журнала «Набат». В нем он изложил по памяти содержание секретной инструкции Отдела Главного Управления МГБ по разложению эмиграции. Это далеко не единственное свидетельство такого рода, но в данном случае мы имеем дело с очень красноречивым источником. Сотрудникам «компетентных органов» предписывалось: «Поддерживать и всемерно усиливать материальные и религиозные разногласия между беженцами разного подданства в прошлом… Необходимо добиться обострения враждебности… «старых» и «новых» и наоборот… Для того, чтобы беженцы стали инструментом нашей внешней политики, следует больше разжигать антагонизм между отдельными политическими группами беженцев, добиваясь обострения между ними в их прессе, жизни и деятельности. Мы должны подменять их борьбу против нас – борьбой между ними самими, стараясь вовлечь в нее массы. Не взирая на все трудности и риск, необходимо также парализовать культурную деятельность эмигрантов. Для этого следует привлекать к художественному творчеству бездарных, лишенных всякого таланта, людей, чтобы они только попусту тратили бумагу, заваливая редакции эмигрантской прессы безвредной для нас работой… Необходимо создавать скандалы с целью убеждения иностранцев в том, что культурная ценность современной эмиграции равна нулю… Нам нужно поощрять преступность в лагерях УНРРА… Наши агенты должны подталкивать кладовщиков, бухгалтеров, комендантов и других ответственных лагерных работников на скользкий путь растраты американских продуктов… Прельщать этих людей деньгами, одеждой и спиртными напитками… Стараться замазывать рты опасным личностям и расчищать дорогу к власти и влиянию дуракам, чтобы их потом использовать в наших интересах. Необходимо добиться состояния общего недовольства и безнадежности, создать среди эмигрантов настроение полного отчаяния…» 475

Однако, эмигрантская молодежь не теряла присутствия духа. В первом номере за 1948 год «Бюллетень АЦОДНР» (орган Центральной коллегии) поместил передовицу «Единый патриотический фронт». В ней говорилось: «Продолжая дело Освободительного Движения, АЦОДНР твердо и неуклонно стоит на позициях надпартийности». Организация обращалась с призывом «ко всем честным патриотам многонациональной России» сплотиться и забыть все то, что разделяет эмиграцию: «Антибольшевистский Центр считал и считает, что у подлинных патриотов гораздо больше общего, чем различного, что говорит за абсолютную возможность создания единого патриотического фронта в борьбе с большевизмом» 476.

К тому же, при определенном развитии событий, можно было достичь взаимопонимания с серьезными политическими силами зарубежных стран. Лидер Республиканской партии Р. Тафт еще 25 июня 1941 года предупреждал, что с идеологической точки зрения победа коммунистов в войне будет для Соединенных Штатов гораздо опаснее, чем победа фашистов. Он считал, что США допустили ошибку стратегического характера, связав себя с Советским Союзом узами Антигитлеровской коалиции 477.

В директиве «СНБ-20/1» Совета Национальной Безопасности США, созданного в 1947 году и возглавляемого президентом, говорилось: «В настоящее время среди русских эмигрантов есть ряд интересных и сильных группировок… Любая из них была бы более предпочтительной, с нашей точки зрения, чем Советское правительство, для управления Россией… На каждой части освобождаемой от Советов территории нам придется иметь дело с людьми, работавшими в советском аппарате власти. При организованном отходе советских войск местный аппарат Коммунистической партии перейдет, вероятно, на нелегальное положение, как он делал это в областях, которые в прошлую войну были заняты немцами. По-видимому, он будет действовать в виде партизанских банд и повстанческих отрядов. В этом случае относительно просто ответить на вопрос: «Что делать?» – нам нужно только предоставить некоммунистическим (какого рода они бы ни были) русским органам, контролирующим область, необходимое оружие и позволить им поступать с коммунистическими бандами в соответствии с традиционным способом русской гражданской войны.

Куда более трудную проблему создадут рядовые члены Коммунистической партии или работники советского аппарата, которых обнаружат и арестуют или которые сдадутся на милость наших войск или любой русской власти… Мы можем быть уверены, что такая власть сможет лучше, чем мы сами, судить об опасности, которую могут представлять бывшие коммунисты для безопасности нового режима, и распоряжаться ими так, чтобы они в будущем не наносили вреда…» 478.

Что касается старой эмиграции, то ни моральных, ни физических сил для продолжения активной политической деятельности у нее уже не было. 5 августа 1945 года Алексей Александрович фон Лампе писал Ивану Александровичу Ильину: «В ноябре 1943 года, в тот момент, когда я был в служебной поездке в Праге, куда я в первый раз за все мои поездки уговорил поехать и жену – в Берлин на 170-м налете, который мы переживали, в дом, где я жил, попало 38 зажигательных бомб (букет) и в огне погибла моя квартира и все что в ней было. А было, как Вы знаете, не много дорогих вещей, но много «ценностей». Мало того, в тот же день и час сгорела квартира и подвал дома Бискупского, где находилось мое собрание фотографий о России (22 000 изображений)… и ящик с 70-ю самыми лучшими книгами моей библиотеки… А наше знамя, спасенное из Праги моим помощником, по пути сгорело в вагоне… Офицер, оставшийся в вагоне – погиб… Казалось, что рушилось все, – наше Белое Дело… было захвачено красными руками, будущего не было… мы были близки в эту минуту использовать то, что мне дал по моей просьбе, понимая меня, в Берлине доктор Аксенов…

Я сначала решил оставить все, но потом… решил, что мой последний долг еще как-то отдать мои оставшиеся силы тем, кто в них нуждается – бесподданным, которым грозит участь быть выданными на мучительную смерть… Масштаб мой невелик, я не претендую на большее и хочу сделать то, что я могу успеть сделать, потому что… я не сомневаюсь, что на этом пути при современном положении сил и навыках большевиков, я неизбежно буду присоединен к Александру Павловичу и Евгению Карловичу *

И это заставляет меня думать, что знамя моего Объединения сгорело навсегда… что на том, что я еще смогу сделать – надо кончать и смотреть на это трезво. Мне на днях исполнилось шестьдесят лет. Ну и довольно! За мою жизнь видено и пережито совершенно достаточно, чтобы ею не дорожить…

Какая судьба… – ведь я последний преемник Петра Николаевича **… А гробница Петра Николаевича в Белграде, уцелела от налетов (я был у нее в 1942 г.) и теперь в руках большевиков…

Вероятно погибли в Берлине братья Глобачев и Аксенов… Умерли в Берлине Вревский, Арцишевский… в пути на юге от последствий налета умер Скоропадский. В Мюнхене в июне я совершенно случайно попал на похороны Бискупского, который умер от второго удара. О многих ничего не известно – кто жив, а кто покончил расчеты с жизнью – не знаем.

…Мечтаем свидеться с Вами. Но увы, дорогой друг – в возможность этого как-то не верится. ^ Зачем мне ехать за границу? На что и зачем я буду жить там!» 479


Источники и литература

1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Похожие:

Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconЮрий Цурганов РУССКИЕ БЕЛОЭМИГРАНТЫ
Количество российских эмигрантов, служивших в армиях стран Антигитлеровской коалиции оценивается в переделах от 3 до 6 тысяч человек....
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconHttp://vkontakte ru/event31203901
Народа много традиций. Мы их помним: Русские своих не бросают, Русские не сдаются, Русские это Победа, и многие, многие другие. Эти...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconЮрий Хованский: Юрий Хованский, король стэнд апа и просветитель рунета!

Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconРусские Пробежки Челябинск
Русские пробежки это массовые спортивно-оздоровительные мероприятия. Проводятся практически в каждом крупном городе на территории...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconЮрий Владимирович Долгорукий
Укрепление Ростово-Суздальского княжества. С 1125 года Юрий Долгорукий заявлял о независимости, отказывался посылать дань Киевскому...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ icon«Русские пробежки» Тюменский аспект
Русские пробежки организованное силами честных людей неофициальное патриотическое движение, направленное на пропаганду здорового...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ icon«Русские пробежки» Самарский аспект
Русские пробежки организованное силами честных людей неофициальное патриотическое движение, направленное на пропаганду здорового...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ icon«Русские пробежки» Самарский аспект
Русские пробежки организованное силами честных людей неофициальное патриотическое движение, направленное на пропаганду здорового...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconЮрий Домбровский Хранитель древностей Домбровский Юрий Хранитель древностей
...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconЮрий Иванович Минералов введение в славянскую филологию
Юрий Иванович Минералов Прокопий Маврикий Александр Афанасьевич Потебня Александр Сергеевич Фаминцын Николай Сергеевич Трубецкой...
Юрий\nЦурганов\n\nРУССКИЕ\nБЕЛОЭМИГРАНТЫ iconИмперский флаг Южно-Сахалинск, 2012
Русские создали Россию! Уничтожать русских в своём доме, в России, мы не позволим! Мы не допустим и травли коренных народов России!...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы