Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» icon

Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие»


НазваниеКлавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие»
страница1/17
Размер0.72 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Клавдий Птолемей

Тетрабиблос


Клавдий Птолемей

Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие»

Предисловие

О Клавдии Птолемее

Имя Клавдия Птолемея являлось наиболее известным в астрономии, географии и астрологии вплоть до эпохи Возрождения. Удивительно, что при этом о жизни Клавдия Птолемея не сохранилось практически никаких сведений. Можно считать более или менее достоверным, что он родился в Птолемаисе в Египте и прожил 78 лет. Свои астрономические наблюдения он проводил на широте Александрии, из чего можно сделать естественный вывод, что в Александрии находился его дом. Сопоставляя различные указания исследователей с тем фактом, что самое раннее его наблюдение датируется в Альмагесте 127-м годом, а самое позднее — 151-м, можно заключить, что его жизнь приблизительно приходилась на 100–178 годы, что покрывает первые три четверти второго столетия нашей эры и периоды правлений Траяна, Адриана, Антонина Пия и Марка Аврелия. Обладая огромным количеством собственных оригинальных идей, Птолемей был знаком с работами своих предшественников — Менелая в математике, Гиппарха в астрономии, Маринуса из Тира в географии, Дидимуса в музыке и Посидония в астрологии. Он свободно и открыто черпал сведения из их трудов, обладая даром систематизации, что особенно проявилось в Тетрабиблосе.

Из трудов, приписываемых Птолемею, следует указать «Математический синтаксис (т. е. трактат) астрономии в XIII книгах», за которым утвердилось название «Альмагест» — искаженное на арабский лад греческое «Мегистэ», то есть величайший, (ознакомление с «Синтаксисом» в латинских странах шло первоначально через арабские переводы греческих текстов), а также «Географию», в которой нашли отражение выдающиеся достижения Птолемея в этой науке — он первым ввел понятия меридианов и параллелей, определил координаты нескольких тысяч поселений, известных в то время, от Скандинавии до порогов Нила и от Испании до Индии.

^ Об астрономических представлениях Птолемея

Подобно астрономам древней Греции Птолемей придерживался принципа, вытекающего из общепринятых тогда философских воззрений Платона и Аристотеля и состоящего в том, что Земля — неподвижный центр мира, а все звезды, планеты, в том числе Солнце и Луна, движутся вокруг Земли, так что все наблюдаемые движения этих светил — это реальные движения. Однако постулаты Платона и Аристотеля утверждали, что небесным светилам свойственны только наиболее совершенные движения, то есть равномерные, круговые. В то время как простые наблюдения показывали, что видимые движения планет, Луны, Солнца мало соответствуют равномерным круговым движениям вокруг Земли. Даже Солнце обнаруживает неравномерное видимое перемещение по эклиптике: наиболее быстрое, 30,6 градуса за 30 дней в январе (по современному календарю) и наиболее медленное, 28,6 градуса за 30 дней в июле. Поэтому чтобы «спасти явление» (выражение, приписываемое Платону), приходилось допускать, что движения светил не представляют собой равномерных круговых движений в чистом виде, а получаются как комбинации таких движений. Так, Аристотель считал, что существует система концентрических сфер с центром в Земле и соединенных с планетами, и каждая из этих сфер вращается равномерно, но со своей скоростью и вокруг своей оси.

Многие древнегреческие астрономы придерживались других схем, имеющих не столько физический, сколько геометрический смысл, и позволяющих вычислить пути и положения планет на небе. Теория движения планет Птолемея явилась математически наиболее солидной и подводящей как бы итог подобным схемам. Основной элемент в его теории — схема деферента и эпицикла, предлагавшаяся античными астрономами еще раньше. По этой схеме планета обращается равномерно по окружности, называемой эпициклом, а центр эпицикла движется в свою очередь равномерно по другой окружности, называемой деферентом и имеющей центром Землю. Птолемей уточнил эти схемы, введя так называемые эксцентр и эквант. Схема эксцентра заключается в том, что центр эпицикла вращается равномерно не по деференту, а по окружности, центр которой смещен по отношению к Земле. Эта окружность и называется эксцентром. По схеме экванта центр эпицикла движется по эксцентру неравномерно, но так, что это движение выглядит равномерным, если наблюдать из некоторой точки. Эта точка, а также любая окружность с центром в этой точке, называется эквантом.

Путем подбора для каждой планеты, Солнца и Луны деферента, эпицикла, эксцентра или экванта, скоростей движения по ним, наклона их плоскостей друг к другу оказалось возможным не только объяснить общие закономерности перемещений светил, но и вычислять довольно просто и точно положения планет, Солнца и Луны на тот или иной момент времени. Если проанализировать Птолемеевы теории планет, то можно прийти к удивительному выводу, что при наиболее удачном, выборе деферентов, эпициклов, эквантов эти теории с точки зрения вычисления положений планет лишь незначительно расходятся с современной теорией эллиптического, невозмущенного движения планет вокруг Солнца. Наибольшие расхождения между положениями планеты на небесной сфере, вычисляемыми по теории эллиптического движения и по Птолемеевым теориям, составляют в случае Меркурия и Марса около 20–30', а в случае Юпитера и Сатурна около 2–3'.

Кроме того, хотя теория Птолемея исходит из общего геоцентрического принципа, ее конкретные детали указывали на такую связь между движениями Солнца и всех планет, что по существу до построения геометрической гелиоцентрической схемы оставался лишь небольшой шаг.

^ О Тетрабиблосе Клавдия Птолемея

Астрологический труд Птолемея, обычно называемый Тетрабиблос, или Четверокнижие, имеет в некоторых рукописях заглавие, которым, по-видимому, пользовался и сам Птолемей, «Математический трактат в четырех книгах». Этот труд является систематическим трактатом по астрологии, однако, следует помнить, что во времена Птолемея два слова «астрология» и «астрономия» означали практически одно и то же, а именно, «астрономия» в современном понимании, а то, что мы теперь называем «астрологией», Птолемей называл «предсказанием с помощью астрономии».

Ни во времена античности, ни в средние века никто не считал, что репутация Птолемея как серьезного ученого-астронома может быть несовместима с написанием им астрологического труда и, следовательно, подлинность Тетрабиблоса не подвергалась сомнению. Однако позже такая связь астрономии с астрологией стала казаться неуместной, и по этой причине некоторые ученые оспаривали авторство данного трактата.

Можно привести два основных довода, которые бы развеяли сомнения относительно авторства этой книги. Первый состоит в том, что ко второму веку нашей эры астрология достигла полного триумфа. Все, от императора до последнего раба, за редким исключением верили в нее, и, испытывая критику со стороны Новой Академии, астрология поддерживалась сильной школой Стоиков. Ее позиция усиливалась благодаря преобладанию в мире звездной и солнечной религий, и она даже завоевывала науки, такие как медицина, ботаника, минералогия, химия и этнография. Это продолжалось вплоть до эпохи Ренессанса. Региомонтанус, Коперник, Тихо Браге, Галилей, Кеплер и Лейбниц сами практиковали астрологию, либо сочувственно относились к астрологическим занятиям. Поэтому нет никаких оснований думать, что для Птолемея было бы неуместным заниматься астрологией.

Вторым доводом является то, что данная книга, по общим философским взглядам, языку и астрономическим представлениям находится в полном соответствии с теми Птолемеевскими трудами, авторство которых никогда не оспаривалось.

Несмотря на то, что на протяжении более чем тысячелетия Тетрабиблос пользовался почти что авторитетом Библии среди астрологов, его греческий текст печатался только три раза:

1) Первое издание, под редакцией Иоахима Камерария (Ioachim Camerarius), было напечатано в Нюрнберге в 1535 году. Кроме текста, оно содержало латинский перевод Камерария и его примечания.

2) Второе издание, также под редакцией Камерария, было напечатано в Базеле в 1553 году и содержало помимо греческого текста латинский перевод Меланхтона (Philip Melanchthon).

Несмотря на попытки улучшения текста, в нем было около сорока опечаток или ошибок, а также весьма нелогичная пунктуация.

3) Третье издание, содержащее только неулучшенный греческий текст, было напечатано в 1581 году в Лейдене.

Профессор Франц Болл, который посвятил Птолемею солиднейшее исследование, работал над новым изданием Тетрабиблоса вплоть до безвременной кончины в 1924 году. Ученица Болла Эмили Боэр завершила работу над текстом, который был издан в 1940 и повторно в 1957 году. Однако перевод Тетрабиблоса на английский, выполненный профессором мичиганского университета доктором Ф.Е. Роббинсом и явившийся основой для данного перевода на русский язык, не мог учесть результатов этого исследования текста, так как был уже завершен к 1940 году. Более подробные координаты данного английского издания с параллельным греческим текстом таковы:

Ptolemy Tetrabiblos, edited and translated into English by F.E.Robbins, Ph.D.;

LOEB CRASSICAL LIBRARY; Cambridge, Massachusetts, Harvard University Press; London, William Heinemann LTD (изд. 1940, 1948, 1956, 1964, 1971, 1980).

Изданы многочисленные переводы Тетрабиблоса на разные языки, от самого древнего, арабского, в 1138 году до средневековых и современных переводов на латинский, английский, немецкий.

Издание на русском осуществляется впервые. И хотя перевод выполнялся опосредованно, с английской версии, но проведенные дополнительные литературные исследования, тщательный разбор комментариев и выяснение спорных случаев по исходному греческому тексту позволяют надеяться, что предлагаемая русская версия дает представление об основополагающем астрологическом труде.

^ О рукописях, комментариях и других источниках

О большой известности и важности Тетрабиблоса говорит значительное число комментариев к нему. По ссылкам можно судить о многочисленности комментариев, сделанных античными исследователями, однако, до нас дошли только три из них, которые были изданы в XVI веке вместе с их латинскими переводами под редакцией Иеронимуса Вулфа (Hieronymus Wolf). Это (1) комментарий неизвестного автора, приписываемый некоторыми Проклу (Proclus); (2) введение в Тетрабиблос, приписываемое Порфирию (Porphyry), и (3) схолии Демофилия (Demophilus). Особо важным для изучения Тетрабиблоса является «Парафраз», автором которого считается Прокл, поскольку он очень близко следует Тетрабиблосу и так как одна из его рукописей оказалась старше всех дошедших до нас рукописей Тетрабиблоса. «Парафраз» был впервые издан в XVI веке с предисловием Меланхтона. Кроме «Парафраза» и древних комментаторов, следует отметить подробный комментарий Иеронимуса Кардана, опубликованный в XVI веке.

Все перечисленные комментарии будут цитироваться в примечаниях к тексту Тетрабиблоса с указанием имени автора.

Что касается самого Тетрабиблоса, то в европейских библиотеках находятся по крайней мере тридцать пять манускриптов, содержащих все или большую часть трактата. Кроме того, части Тетрабиблоса цитировались другими авторами, такими как Гефестион из Фив. Однако, несмотря на обилие материала, самый ранний текст трактата, и только один, восходит всего лишь к тринадцатому столетию, а большинство рукописей относятся к XV и XVI векам. Поэтому большой удачей является наличие одного (всего лишь одного) манускрипта «Парафраза», написанного в X веке.

Переводчик Тетрабиблоса на английский проф. Роббинс цитирует в своем предисловии и примечаниях к тексту некоторых историков и исследователей Птолемея конца прошлого — начала нынешнего века. Поскольку большая часть этих примечаний сохранена в русском переводе, мы приводим перечень данных трудов, хотя они не были нам доступны:

(1) F.BolI, «Studien uber Claudius Ptolemaus», 1894.

(2) A.Bouche-Leclercq, «L'Astrologie grecque», 1899.

(3) F.Boll, C.Bezold, «Sternqlaube und Sterndeutung», 1926.

(4) F.Cumont, «Astrology and Religion among the Greeks and Romans», 1912.

Что касается литературы на русском языке, то можно порекомендовать некоторые издания, полезные при необходимости более углубленного изучения астрономических или исторических вопросов.

Н.И. Идельсон, Этюды по истории небесной механики, М., Наука, 1975.

Роберт Р.Ньютон, «Преступление Клавдия Птолемея», М., Наука, 1985.

Д. Хауз, Гринвическое время и открытие долготы, М., Мир, 1983.

А. Рой, Движение по орбитам, М., Мир, 1981.

Ю.А. Рябов, Движения небесных тел, М., Наука, 1988.

Б.Ван-дер-Варден, Пробуждающаяся наука И. Рождение астрономии, М., Наука, 1991.

С. Куликов, Нить времен. Малая энциклопедия календаря, М., Наука, 1991.

Н. Николов, В. Харлампиев, Звездочеты древности, М., Мир, 1991.

Д. Херрман. Открыватели неба, М., Мир, 1981.

О терминологии

Несмотря на обилие комментариев и примечаний в тексте, мы считаем полезным сделать несколько предварительных замечаний по поводу терминологии. Как мы уже отмечали, метод Птолемея является чисто астрономическим. Это означает, что каждое «астрологическое» в современной трактовке понятие, относимое к человеку и к происходящему на Земле, имело у Птолемея строгое астрономическое обоснование. Даже такое, казалось бы стабильное качество планеты, как мужское или женское, изменяется у Птолемея в зависимости от фактического расположения планеты — является ли она утренней или вечерней звездой.

С другой стороны, язык Птолемея является очень образным: звезду у него созерцают друг друга или отбрасывают лучи, радуются или разлучаются, становятся свидетелями, поддерживают или преодолевают, истощают друг друга. При тщательном анализе текста выяснилось, что каждое такое образное выражение называет вполне определенное астрономическое положение светил. Например, планета «созерцает» другую, только если находится западнее ее, находясь же ближе к востоку, она «отбрасывает лучи». Некоторые выражения, такие как «быть очевидцами», «присоединиться», «поддерживать» означают просто «находиться в аспекте». Более подробные пояснения имеются в тексте.

Термины «планета» и «звезда» (или светило) Птолемей не различает, кроме отдельных случаев, когда он употребляет понятие «неподвижная звезда».

Выражения «днем» или «ночью» означают «при дневном (или ночном) рождении».

Наибольшее значение Птолемей, безусловно, придает светилам (Солнцу и Луне), и если о противостоянии или соединении ничего более не сказано, то речь идет о светилах.

Слово, переводимое здесь как «карта рождения», означает фактически просто «рождение» или «уроженец» или «момент рождения». Неизвестно, составлял ли Птолемей что-либо типа «карты рождения».

Понятие «место» чаще всего означает «дом». «Гороскоп» может означать восходящий знак или восходящее место.

В целом, трактат производит впечатление эпическо-астрономической поэмы, только что не изложенной в стихах, подобно поэме Гесиода «Труды и дни» (пер. В.В. Вересаева)

«Лишь на востоке начнут восходить Атлантиды-Плеяды,

Жать поспешай; а начнут заходить, — за посев принимайся.

На сорок дней и ночей совершенно скрываются с неба

Звезды-Плеяды, потом же становятся видимы глазу

Снова в то время, как люди железо точить начинают».


^ КНИГА I

1. Введение

Из всех способов предсказания с помощью астрономии, о Сирус1 два являются наиболее важными и надежными. Один из них, стоящий первым2 как по порядку, так и по эффективности, дает нам возможность оценить аспекты Солнца, Луны и звезд относительно друг друга и Земли; второй позволяет нам, следуя собственным изначальным свойствам этих аспектов, изучить изменения, вызываемые ими в том, что они охватывают. Первый, имеющий собственную методику и необходимый сам по себе, хотя он и не дает тот результат, который достижим при его сочетании с другим способом, мы постарались представить вам наилучшим образом в специальном трактате3. А теперь приведем описание второго, менее самостоятельного метода, используя соответствующие философские понятия для того, чтобы человек, стремящийся познать истину, никогда не стал бы проводить параллель между эмпирикой этого метода и надежностью первой, неизменной области знания, относя на ее счет неопределенность и непредсказуемость материальных свойств, обнаруживаемых в частных явлениях4 и, в то же время, не стал бы воздерживаться от проведения такого исследования, которое находится в пределах возможного, когда совершенно очевидно, что большинство событий общего характера восходят своими причинами к небесам. Однако поскольку все, что достигается с трудом, всегда с легкостью подвергается критике большинства людей5, а в случае двух вышеупомянутых дисциплин обвинения против первой могут выдвигаться только слепым, тогда как вторая имеет достаточно много подозрительных моментов — трудность восприятия отдельных мест заставляет многих думать о полной невозможности ее постижения, а неспособность отказа от хорошо известного6 порождает представление о бесполезности объекта ее изучения — мы попытаемся кратко рассмотреть степень как возможности, так и пользы подобного предсказания до того, как предложить более подробное рассмотрение материала. Итак, перейдем к возможности.

^ 2. О том, как и насколько достижимо знание астрономическими методами

Всего лишь несколько соображений понадобится для доказательства каждому того факта, что некая сила, исходящая из вечной эфирной субстанции7, проникает повсюду и рассеивается в пространстве, окружающем Землю, которая тем самым подвергается изменениям, поскольку такие первичные элементы, как воздух и огонь, подвержены влиянию движения эфира и, в свою очередь, вызывают изменения во всем остальном: в земле и в воде, и в растениях, и в животных. Так Солнце вместе с окружением всегда оказывает определенное воздействие на все находящееся на Земле; это происходит не только посредством изменений, которые присущи временам года и проявляются как появление нового поколения животных, роста растений, паводков и изменения организмов, но и посредством ежедневного обращения, ведущего к чередованию жары, влажности, сухости и холода, оно строго упорядочено и соответствует положению светила относительно зенита. Также и Луна, как наиболее приближенное к Земле небесное тело, в изобилии дарует свой свет земным предметам, причем большинство из них как одушевленных, так и неодушевленных, испытывает к ней расположение и изменяется вместе с ней; реки ускоряют или замедляют свой бег под воздействием ее лучей, приливы и отливы морей начинаются с ее восходом и заходом, а растения или животные полностью или частично расцветают или увядают вместе с ней. Более того, перемещения неподвижных звезд и планет по небу часто означают жаркое, ветреное или снежное состояние воздуха, что оказывает соответствующее воздействие на земные явления. Затем также их аспекты относительно друг друга8 путем слияния или смешения их воздействий приносят немало сложных перемен. Хотя сила Солнца преобладает в общем управлении качеством, другие небесные тела оказывают помощь или противостоят ему в частных деталях; Луна делает это более очевидно и постоянно, например, когда она новая, полная или в четверти, а звезды через более продолжительные промежутки и менее явно, то есть при их появлениях, скрытиях и сближениях9. Если рассматривать проблемы подобным образом, то все согласятся с вытекающим отсюда следствием, по которому не только предметы, уже явленные, должны подвергаться воздействию в процессе движения этих тел, но и подобным же образом ростки семян и завязь должны формироваться и приобретать качество, соответствующее небесам в тот период времени. Некоторые наиболее наблюдательные земледельцы и пастухи действительно высказывают предположение относительно будущего качества на основании оценки ветров, преобладающих в момент оплодотворения или сева семян; в целом, мы видим, что наиболее значимые последствия, соответствующие наиболее очевидным конфигурациям Солнца, Луны и звезд, обычно известны заранее и даже тем, кто интересуется проблемой, используя не какие-то научные методы, а простое наблюдение. То, что является следствием действия более мощных сил и более простых природных законов, например, ежегодной смены времен года или направлений ветров, воспринимается очень невежественными людьми и, более того, даже бессловесными тварями, поскольку ответственность за эти явления обычно возлагается на Солнце. Тем не менее, явления несколько иного, менее общего характера, также часто учитываются людьми, которые в силу необходимости вынуждены проводить наблюдения; так, например, мореплаватели знают особые признаки надвигающихся штормов и ветров и судят о них на основании отношения между аспектами Луны, фиксированных звезд и Солнца. Ввиду недостатка образованности они не могут точно определить время и место этих явлений или периодичность движения планет, которые вносят значительный вклад в происходящее и, как следствие этого, часто ошибаются. Если же человек настолько хорошо знает перемещения всех звезд, Солнца и Луны, что от его внимания не ускользнет ни место, ни время каждой из их конфигураций, если он постиг их природу в целом в процессе длительного изучения, хотя способен различать не глубинные, а только наблюдаемые качества, такие как, жар, исходящий от Солнца, или влажность от Луны и так далее; если он в силах определить на основании всех этих данных как научным путем, так и с помощью логических умозаключений, отличительный признак качества, являющегося результатом сочетания всех факторов, то что может помешать этому человеку, исходя из взаимосвязей явлений, охарактеризовать в каждом конкретном случае состояние воздуха и предсказать, например, что он будет теплее или более влажным? Почему бы ему также не постичь основное качество темперамента какого-то человека на основании окружения в момент его рождения, то есть, что он, например, имеет такое-то и такое-то тело и такие-то, такие-то душевные свойства, а также не предсказать некоторые события, используя тот факт, что такое-то и такое-то окружение соответствует такому-то и такому-то темпераменту и процветанию, тогда как другое не является сталь же подходящим и предрасполагает к травме? Возможность подобных знаний может быть вполне доказана на основании этих и других подобных аргументов.

Последующие соображения, возможно, приведут нас к выводу, что критика науки, построенная на обвинении в невозможности этих знаний, является чрезмерной и незаслуженной. Во-первых, ошибки тех, кто не имеет достаточно хорошей подготовки в ее практическом применении, а их число, как можно предположить, среди лиц, занимающихся этим важным и многосторонним искусством, велико, породили веру в то, что даже точные предсказания зависят от случая, а это неправильно. Дело не в несостоятельности науки, а в бессилии тех, кто ее практикует. Во-вторых, многие, ради корысти, претендуют на доверие совсем к другому искусству под именем астрологии10 и обманывают простолюдинов, утверждая, что могут предсказать многие явления и даже те, о которых просто невозможно знать заранее, тогда как более думающим людям они предоставляют случай высказывать неблагоприятное суждение и о тех предметах, которые в действительности являются предсказуемыми. Безусловно, это незаслуженно; то же самое происходит и с философией — не следует упразднять ее лишь на том основании, что на звание философа претендуют несколько явных мошенников. Тем не менее, ясно, что даже тот, кто подходит к астрологии, глубоко проникнувшись духом исследования и сознавая законность ее существования, может часто ошибаться, не в силу уже указанных причин, а из-за глубинной сущности явления и своей личной слабости по сравнению с величием того, чем он занимается. В целом же, кроме факта, согласно которому любая наука, имеющая дело с качеством ее предмета, носит предположительный характер и не может быть абсолютно подтвержденной, особенно если она состоит из множества различных элементов, совершенно верным является и то, что конфигурации планет в древности11, на основании которых мы приписываем сходным аспектам те же влияния, что и астрологи прошлого, могут в большей или меньшей степени быть подобны современной картине по прошествии длительного периода времени; однако они не будут идентичными, поскольку возврат всех небесных тел и Земли в точно то же самое положение12, если человек не одержим тщеславным представлением о своей способности постигать и знать непознаваемое, либо не происходит вообще, либо случается в период времени, выпадающий за рамки жизненного опыта; именно поэтому предсказания иногда оказываются неверными, то есть причина заключена в несоизмеримости примеров, на которых они основываются. При исследовании атмосферных явлений это будет единственной трудностью, поскольку здесь принимается в расчет только движение небесных тел. Однако при исследовании, касающемся человека и его индивидуального темперамента в целом, можно легко проследить, что существуют обстоятельства не меньшей важности и отнюдь не пустякового характера, которые, соединяясь, определяют особые качества тех, кто родился на свет. Различия семени имеют огромное влияние на отдельные черты рода, поскольку даже при одинаковом окружении и небосклоне каждое семя стремится выразить присущую ему форму, например, человека, лошади и так далее; места рождения вызывают немалые изменения в том, что появляется. Так при семени, принадлежащем одному роду, например, человеческому, и одинаковых условиях окружения, те, кто приходит в мир, сильно отличаются друг от друга как в смысле тела, так и души, в зависимости от страны, где они родились13. Более того, при полном равенстве вышеописанных условий свой вклад в формирование особого образа жизни вносят воспитание и привычки. До тех пор, пока каждое из этих явлений не будет изучаться наряду с причинами, обусловленными окружением, хотя и считается, что последнее имеет самое большое влияние (окружение — одна из причин, заставляющих эти явления быть тем, что они есть, не оказывая, в свою очередь на него никакого воздействия), они могут стать значительной помехой для тех, кто верит, что в подобных случаях все может быть постигнуто на основании движения, небесных тел, включая даже то, что совсем не входит в сферу его влияния.

Поскольку дело обстоит подобным образом, было бы нецелесообразным отказываться от всех подобных предсказаний на том основании, что они иногда могут оказаться ошибочными; мы ведь не подвергаем сомнению искусство составления лоцманской карты из-за содержащихся в ней ошибок; однако в случае очень больших требований, а также тогда, когда они связаны с предсказаниями, мы должны довольствоваться тем, что возможно, и считать это достаточным. Не следует нам также слепо и субъективно требовать от искусства всего сразу, а надо постараться оценить его красоту даже в тех случаях, когда не удалось получить исчерпывающий ответ; и точно также, как мы не обвиняем врачей в том, что они принимают во внимание как саму болезнь, так и особенности осматриваемого пациента, мы не должны протестовать против использования астрологами в качестве основы для выводов таких особенностей как национальность, страна, воспитание и прочих уже существующих второстепенных черт.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Похожие:

Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconКлавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие»
Птолемей был знаком с работами своих предшественников — Менелая в математике, Гиппарха в астрономии, Маринуса из Тира в географии,...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconт. 8 (981) 750 16 33 «Школа гейш»:
Весь курс состоит из четырех модулей, каждый модуль посвящен определенной тематике: технике орального секса, мануальным практикам...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconИсторию и культуру Древнего Египта на протяжении почти 4 тыс
Большой папирус Эберса, Хирургический папирус Эдвина Смита), математические произведения (Лондонский математический папирус Ринд...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconА аббревиатура (от лат abrevio — сокращаю) — знаки сокращения и упро­щения нотного письма. Аббревиатура используется для обозначения: повторения частей пьесы или отдельных тактов,
Аббревиатура используется для обозначения: повторения частей пьесы или отдельных тактов, групп нот, удвоения звуков, пе­реноса звуков...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconПредисловие к русскому изданию Хофмайстер
Х85 Воля к войне, или Бессилие политики. Философско-по- литический трактат / Пер с нем и послесл. О. А. Коваль. — Спб.: Иц «Гуманитарная...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconКонцентрат сути. V 0 Как стать успешным человеком vs пикапером. Или трактат о сути проблем пикапа и пикаперов
Пример, который нужно обдумать, понять и запомнить. Пользоваться мы им будем до конца рассказа. 4
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconИп галиев Марат Рафаилевич инн 165044467868 огрн 312165003800100
Предлагаем Вам взаимовыгодное сотрудничество по изготовлению запасных частей для грузовых автомобилей, а также запасных частей нестандартного...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconКраткая историческая справка Дом бывшего губернского правления – Крепостная ул., 22
«перекресток четырех балконов». «Перекрестком четырех балконов» называлось место, где пересекались Крепостная улица и улица Черных...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconСпонтанный танец (эксперт-операторские практики)
Во многих шаманских обществах, если вы приходите к шаману или врачевателю, жалуясь на то, что вы разочарованы, пали духом, или находитесь...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconПо горизонтали:
Преданный Верховного Господа Вишну или Кришны. “бесполезное, нежелательное”; внутренние препятствия в сердце к обретению Парамартхи,...
Клавдий Птолемей Математический трактат из четырех частей или «Четверокнижие» iconВероубеждение четырех имамов Абу Ханифы, Малика, аш-Шафии и Ахмада
Разъяснение того, что вероубеждение четырех имамов в вопросах, относящихся к основам религии, едино, за исключением вопроса, касающегося...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы