Уильям Шекспир Венецианский купец icon

Уильям Шекспир Венецианский купец


Скачать 383.15 Kb.
НазваниеУильям Шекспир Венецианский купец
страница1/13
Размер383.15 Kb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

dramaturgy

Уильям Шекспир

Венецианский купец

Уильям Шекспир

Венецианский купец Shakespeare The Merchant of Venice

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Дож Венеции, Принц Марокканский, женихи Порции.

Принц Арагонский.

Антонио, венецианский купец.

Бассанио, его друг.

Саланио, Саларино, Грациано, Салерио, друзья Антонио и Бассанио.

Лоренцо, влюбленный в Джессику.

Шейлок, богатый еврей.

Тубал, еврей, друг его.

Ланчелот Гоббо, шут, слуга Шейлока.

Старый Гоббо, отец Ланчелота.

Леонардо, слуга Бассанио.

Бальтазар, Стефано, слуги Порции.

Порция, богатая наследница.

Нерисса, ее прислужница.

Джессика, дочь Шейлока.

Венецианские сенаторы, члены суда, тюремщик, слуги Порции и другие. 1

Действие происходит частью в Венеции, частью в Бельмонте, поместье Порции на материке.

АКT I

Венеция. Улица.

Входят Антонио, Саларино и Саланио.

Не знаю, отчего я так печален.

Мне это в тягость; вам, я слышу, тоже.

Но где я грусть поймал, нашел иль добыл.

Что составляет, что родит ее, —

Хотел бы знать! Бессмысленная грусть моя виною,

Что самого себя узнать мне трудно.

Вы духом мечетесь по океану,

Где ваши величавые суда,

Как богатеи и вельможи вод

Иль пышная процессия морская,

С презреньем смотрят на торговцев мелких,

Что кланяются низко им с почтеньем,

Когда они летят на тканых крыльях.

Поверьте, если б я так рисковал,

Почти все чувства были б там мои —

С моей надеждой. Я бы постоянно

Срывал траву, чтоб знать, откуда ветер, 2

Искал на картах гавани и бухты;

Любой предмет, что мог бы неудачу

Мне предвещать, меня бы, несомненно,

В грусть повергал.

Студя мой суп дыханьем,

Я в лихорадке бы дрожал от мысли, 3

Что может в море ураган наделать;

Не мог бы видеть я часов песочных,

Не вспомнивши о мелях и о рифах;

Представил бы корабль в песке завязшим,

Главу склонившим ниже, чем бока,

Чтоб целовать свою могилу! В церкви,

Смотря на камни здания святого,

Как мог бы я не вспомнить скал опасных,

Что, хрупкий мой корабль едва толкнув,

Все пряности рассыпали бы в воду

И волны облекли б в мои шелка, —

Ну, словом, что мое богатство стало

Ничем? И мог ли б я об этом думать,

Не думая при том, что если б так

Случилось, мне пришлось бы загрустить?

Не говорите, знаю я: Антонио

Грустит, тревожась за свои товары.

Нет, верьте мне: благодарю судьбу —

Мой риск не одному я вверил судну,

Не одному и месту; состоянье

Мое не мерится текущим годом:

Я не грущу из-за моих товаров.

Тогда вы, значит, влюблены.

Пустое!

Не влюблены? Так скажем: вы печальны.

Затем что вы невеселы, и только!

Могли б смеяться вы, твердя: "Я весел,

Затем что не грущу!" Двуличный Янус!

Клянусь тобой, родит природа странных

Людей: одни глазеют и хохочут,

Как попугай, услышавший волынку;

Другие же на вид, как уксус, кислы,

Так что в улыбке зубы не покажут,

Клянись сам Нестор 4, что забавна шутка!

Входят Бассанио, Лоренцо и Грациано.

Вот благородный родич ваш Бассанио;

Грациано и Лоренцо с ним. Прощайте!

Мы в лучшем обществе оставим вас.

Остался б я, чтоб вас развеселить,

Но вот я вижу тех, кто вам дороже.

В моих глазах цена вам дорога.

Сдается мне, что вас дела зовут

И рады вы предлогу удалиться.

Привет вам, господа.

Синьоры, но когда ж мы посмеемся?

Когда? Вы что-то стали нелюдимы!

Досуг ваш мы делить готовы с вами.

Саларино и Саланио уходят.

(к Бассанио)

Синьор, раз вы Антонио нашли,

Мы вас оставим; но прошу — к обеду

Не позабыть, где мы должны сойтись.

Приду наверно.

Синьор Антонио, вид у вас плохой;

Печетесь слишком вы о благах мира.

Кто их трудом чрезмерным покупает,

Теряет их. Как изменились вы!

Я мир считаю, чем он есть, Грациано:

Мир — сцена, где у всякого есть роль;

Моя — грустна.

Мне ж дайте роль шута!

Пускай от смеха буду весь в морщинах;

Пусть лучше печень от вина горит,

Чем стынет сердце от тяжелых вздохов.

Зачем же человеку с теплой кровью

Сидеть подобно мраморному предку?

Спать наяву или хворать желтухой

От раздраженья? Слушай-ка, Антонио:

Тебя люблю я; говорит во мне

Любовь. Есть люди, у которых лица

Покрыты пленкой, точно гладь болота:

Они хранят нарочно неподвижность,

Чтоб общая молва им приписала

Серьезность, мудрость и глубокий ум.

И словно говорят нам: "Я оракул,

Когда вещаю, пусть и пес не лает!"

О мой Антонио! Знаю я таких,

Что мудрыми слывут лишь потому,

Что ничего не говорят, — тогда как,

Заговорив, они терзали б уши

Тем, кто, их слыша, ближних дураками

Назвал бы, верно. 5 — Да об этом после.

Но не лови ты на приманку грусти

Такую славу — жалкую рыбешку! —

Пойдем, Лоренцо. — Ну, пока прощай!

А проповедь я кончу, пообедав.

Итак, вас оставляем — до обеда.

Придется мне быть мудрецом таким

Безмолвным: говорить не даст Грациано!

Да, поживи со мною года два —

Звук голоса ты своего забудешь.

Ну, для тебя я стану болтуном!

Отлично: ведь молчанье хорошо

В копченых языках да в чистых девах.

Грациано и Лоренцо уходят.

Где смысл в его словах?

Грациано говорит бесконечно много пустяков, больше, чем кто-либо в Венеции; его рассуждения — это два зерна пшеницы, спрятанные в двух мерах мякины. Чтобы их найти, надо искать весь день, а найдешь — увидишь, что и искать не стоило.

Ну, хорошо. Скажите — кто та дама,

К которой дали вы обет поехать

На поклоненье? Вы мне обещали.

Небезызвестно вам, Антонио,

Как сильно я дела свои расстроил,

Ведя пышней гораздо образ жизни,

Чем позволяла скромность средств моих.

Я не ропщу, что должен сократить

Роскошный обиход: одна забота —

Как с честью выйти из больших долгов,

В какие мотовство меня втянуло.

Вам должен я, Антонио, больше всех —

И деньгами и дружбой. Эта дружба

Порукой мне, что смело вам могу

Открыть мои намеренья и планы,

Как от долгов очиститься совсем.

Скажите все мне, добрый мой Бассанио;

И если ваши планы, как вы сами,

Согласны с честью, — уверяю вас,

Мой кошелек, я сам, мои все средства —

Открыто все, чтоб только вам помочь.

Еще в дни школы, потеряв стрелу,

За ней я тотчас вслед пускал другую, —

И в ту же цель, следя усердней только, —

Чтоб первую найти; рискнув двумя,

Я часто обе находил. Пример

Беру из детства — так мой план невинен.

Я много должен вам; как безрассудный

Мальчишка, это все я потерял.

Но коль решитесь вы стрелу вторую

Послать за первой вслед, — не сомневаюсь,

Что, целясь метко, иль найду я обе,

Иль возвращу вторую, благодарным

За первую оставшись должником.

Вы знаете меня; не тратьте ж время,

Ища окольный путь к моей любви.

Вы больше огорчаете меня,

В моем сильнейшем чувстве сомневаясь,

Чем если б разорили впрах меня.

Скажите просто мне, что надо сделать

И что, по-вашему, я сделать в силах, —

И я готов на все. Так говорите ж!

Богатая наследница в Бельмонте

Живет; красавица — прекрасней вдвое

Высокой добродетелью; порой

Ее глаза привет мне молча слали.

Ей имя — Порция; она не ниже

Супруги Брута, дочери Катона 6.

Все знают цену ей: из разных стран

Четыре ветра навевают ей

Искателей. А солнечные кудри

Как золотое светятся руно;

Бельмонт они в Колхиду обращают,

И не один Язон туда стремится.

О, будь возможность у меня, Антонио,

С любым из них достойно состязаться, —

Душа моя предсказывает мне,

Что я бесспорно одержу победу.

Ты знаешь, вся моя судьба — на море:

Нет у меня ни денег, ни товаров,

Чтоб капитал достать; ступай, узнай,

Что может сделать мой кредит в Венеции.

Его я выжму весь и до предела,

Чтоб к Порции в Бельмонт тебя отправить.

Ступай, — разузнавать мы будем оба,

Где деньги есть: найдем их, без сомненья,

Под мой кредит иль в виде одолженья.

Уходят.

СЦЕНА 2

Бельмонт. Комната в доме Порции.

Входят Порция и Нерисса.

Правду сказать, Нерисса, моя маленькая особа устала от этого большого мира.

Так бы это и было, моя дорогая синьора, если бы у вас несчастий было столько же, сколько счастья. Но, видно, тот, кто слишком много ест, болеет точно так же, как тот, кто мучается от голода. Поэтому счастье — в золотой середине: излишество скорей доводит до седых волос, чем умеренность, которая ведет к долговечности.

Прекрасные нравоучения, и прекрасно сказаны.

Они были бы еще лучше, если бы исполнялись, как должно.

Если бы делать было так же легко, как знать, что надо делать, то часовни стали бы храмами, а бедные хижины — царскими дворцами. Хорош тот священник, который поступает по собственным поучениям. Мне легче научить двадцать человек, как надо поступать, чем быть одной из этих двадцати и следовать собственным наставлениям. Рассудок может предписать законы крови; но пылкий темперамент перепрыгивает через все холодные правила. Юность — сумасбродный заяц, который перескакивает через капкан калеки-благоразумия. Но все эти рассуждения не помогут мне выбрать мужа! Бедная я! «Выбрать»! Я не смею ни выбрать того, кого хочу, ни отказать тому, кто мне не нравится: воля живой дочери порабощена волей умершего отца! Не жестоко ли это, Нерисса, что я не ногу ни выбрать, ни отвергнуть?

Ваш отец был всегда добродетельным человеком, а к людям чистым душою в предсмертные минуты иногда приходит благое прозрение: раз он придумал эту лотерею — три ларца, золотой, серебряный и свинцовый, и тот, кто угадает его мысль, получит вас, — так поверьте, угадает, наверно, тот, кто по-настоящему любит. Но скажите: есть ли у вас хоть к одному из прибывших царственных женихов какая-нибудь склонность?

Пожалуйста, назови их по именам; по мере того как ты их будешь называть, я буду описывать их тебе, и из моих описаний ты сможешь судить о степени моей склонности.

Во-первых, принц Неаполитанский.

О, это настоящий жеребенок 7: говорит только о своей лошади и считает своим главным талантом, что сам может ее подковывать. Боюсь, не согрешила ли его светлейшая матушка с каким-нибудь кузнецом.

Затем пфальцграф. 8

Этот только и знает, что хмурит брови и точно хочет сказать: «Не желаете меня — воля ваша». Он самые веселые рассказы слушает без улыбки. Раз он в молодости так неприлично угрюм, боюсь, что к старости он превратится в плачущего философа. Да я бы скорей вышла замуж за мертвую голову с костью в зубах, чем за одного из них. Господи, спаси меня от обоих!

А что вы скажете о французском вельможе, мосье Ле-Боне?

Раз уж его бог создал, так пусть слывет за мужчину. Право, я знаю, что насмехаться грех. Но этот! Да, у него лошадь лучше, чем у неаполитанца; гадко хмурить брови он умеет лучше, чем пфальцграф; он — все и никто. Стоит дрозду запеть, он уже готов прыгать… Он рад фехтовать со своей собственной тенью. Выйди я за него, я бы вышла за двадцать мужей сразу. Если бы он презирал меня, я бы ему это простила, потому что, люби он меня до безумия, я никогда не ответила бы ему любовью.

Ну, а что вы скажете о Фоконбридже, молодом английском бароне?

Знаешь, ничего не могу ни о нем, ни ему сказать, потому что ни он меня не понимает, ни я его. Он не говорит ни по-латыни, ни по-французски, ни по-итальянски, а ты смело можешь дать на суде присягу, что я ни на грош не знаю по-английски. Он — воплощение приличного человека; но, увы, кто может разговаривать с немой фигурой? И как странно он одевается! Я думаю, он купил свой камзол в Италии, широчайшие штаны — во Франции, шляпу — в Германии, а манеры — во всех странах мира.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

Похожие:

Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Венецианский купец
Действие происходит частью в Венеции, частью в Бельмонте, поместье Порции на материке
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Веселые виндзорские кумушки Шекспир Уильям Веселые виндзорские кумушки

Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Гамлет, принц датский

Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Сон в летнюю ночь

Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Укрощение строптивой
Лорд, Кристофер Слай, медник, Трактирщица, Паж, актеры, егеря и слуги — лица из интродукции
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Львовна Шекспир Много шума из ничего
Я вижу из этого письма, что герцог Арагонский прибудет сегодня вечером к нам в Мессину
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир. Укрощение строптивой William Shakespeare Taming of the Shrew
Лорд, Кристофер Слай, медник, Трактирщица, Паж, актеры, егеря и слуги – лица из интродукции
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир. Ромео и Джульетта (пер. Щепкиной-Куперник) Перевод Т. Щепкиной-куперник

Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Отелло
«Отелло» (1604) – знаменитая трагедия Вильяма Шекспира (1564-1616), по праву считающаяся одним из высочайших его достижений в жанре...
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Король ЛирShakespeare King Lear
Так нам всегда казалось. Но теперь, перед разделом королевства, стало неясно, кого он любит больше. Части так выравнены, что при...
Уильям Шекспир Венецианский купец iconУильям Шекспир Ромео и Джульетта
Его драматургия – непревзойденное собрание шедевров, обогативших сокровищницу мировой культуры. Его лирика венчает поэзию европейского...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Документы


При копировании материала укажите ссылку ©ignorik.ru 2015

контакты
Документы